Последний храм. Слово Старших

Неписи бежали впереди агря мобов с нижних ярусов зиккуратов и приводили их ко мне, после чего разбирали на запчасти, и если не справлялись, я добивал. А вот Итари меня слегка напрягала.

Когда я ее купил, мне выдали кольцо, потому она была кем-то вроде питомца. Что мы в свое время сделали с последователями, я сам не понимал. Все рабы тут были лишены сил и магических абилок, но после активации стали чем-то иным или большим.

Однако Итари, или как мы ее называли Ита, жалась ко мне и совсем не стремилась в бой. Остальные качались благодаря мне, а девушка так и оставалась восемнадцатой.

Не знаю, что с ней не так, но мы с Дрейком сошлись в том, что она не совсем обычный непись.

Уже сразу стали заметны странности. Девушка жалась ко мне испуганным котенком, путаясь под ногами и постоянно вскрикивая от ужаса. Но вот мои бойцы стащили какую-то химеру с телом примата и хвостом скорпиона, который продолжался хитиновым гребнем, по спине доходил до головы саблезубого ящера. Если первые мобы были лишь слегка за сотню, то этот Харвай оказался сто сороковым, что уже требовало моего полноценного вмешательства.

Я ожидал, что Ита резво припустит к каравану, как это сделали последователи, но она осталась со мной. И вот после ее очередного касания меня как будто набафали чем-то шикарным. Расход бодрости замедлился вдвое, а откат заклинаний наоборот ускорился. При этом, никаких системок не прилетело.

Харвай оказался подвижным и опасным противником, так что пришлось использовать весь свой арсенал и опыт рукопашника.

Даже Дрейк спрыгнул с повозки и бросился на выручку, но чуток опоздал. Жреческий бар маны превращал меня в подобие магического РСЗО. Так что даже у этого чудовища шансов мало. Прав Похвист, мы стали слишком сильны для обычной игры и система давно бы меня загнала в призрачные локации. Чувствую тут шаловливые ручки Раздолбая.

У меня уже не было даже желания возмущаться своему положению пешки на чужой доске. Все что я сейчас хотел, это дойти до последней клетки и уже став ферзем, спросить, если смогу.

А уж я-то постараюсь. Слишком много вопросов к Великому.

Потому, я даже не удивился, что случайно бросившаяся в глаза замухрышка-рабыня оказалась шкатулкой с двойным дном. Я знал свои возможности и сейчас осознавал, стоя над тушкой мини-босса, что все это не моя заслуга. Процентов на восемьдесят не моя.

Но как бы я себя не уговаривал, изнутри поднималось раздражение и злость. Которую желательно выплеснуть на кого-то подходящего, а не на своих.