Приманка

Мы с Юленькой только что в очередной раз хватили коньячку, и я, сделав изысканный жест, попросил господ демонов не смущать девушку и удалиться, а Юленька только заливисто хохотала, чем сильно мешала мне целовать ее.

Она перестала быть белой и, загорев под адским солнцем, снова превратилась в негритянскую девочку, я тоже приобрел темно-шоколадный цвет и представлял себя индийским йогом, адептом тантрического учения, дающим уроки способной ученице.

На мой вопрос: «Откуда в Аду взялось это незаходящее Солнце?» Юленька ответила, что это вовсе не Солнце, а раскаленное, радиоактивное ядро Земли.

Однажды мы вылезли из моря, и я уже отвинчивал крышку с бутылки, когда Юлька, упав на песок, сказала:

– Все, хватит. Или я сдохну, как та крыса, что умерла от непрерывной стимуляции центра наслаждения в мозгу.

Сделав глоток, я кивнул.

– Был бы живой, сто раз уже сдох бы, – и протянул бутылку. – Будешь?

Юленька отрицательно помотала головой.

– Не хочу, – и, помолчав, вдруг попросила: – Слушай, а принеси мне кокосовый орех.

Я удивился и посмотрел на пальмы.

– Это туда лезть надо?

– Не знаю, – она пожала плечами. – Посмотри, может, под деревом валяются. Они же должны падать, когда созреют.

– Ты чего, не знаешь, что тут у тебя на острове происходит, как орехи растут?

– Нет. Я демон, мне эти пальмы и орехи на фиг не нужны.

– А сейчас чего вдруг понадобились?

– Кокосового молока хочу попробовать. И женщиной себя почувствовать.

– Юль, ты чего? Женщиной еще себя не почувствовала? После всего, что мы вытворяли? Ну ты даешь! – я даже сел.

– Дурак, – сказала она. – Это все эротика, приятно, конечно, но почти работа, я же суккуб. А я хочу психологически почувствовать.

– А замуж ты не хочешь? – спросил я, вставая.

– Нет, замуж не хочу. Я еще маленькая. – Суккуб с невинным видом наматывала прядку волос на пальчик. – Принесешь?

– Принесу, – хмыкнул я, направляясь к пальмам.

– И листик сорви, я нос заклею, а то обгорел на солнце.

Орехов под пальмами не оказалось. Никаких, ни свежих, ни старых или гнилых. Я посмотрел вверх по стволу. Там под листьями темнела коричневая гроздь. Высоко.

– Слушай, а ты уверена, что орехи на пальме настоящие, а не муляжи? – проорал я.

– Настоящие! – крикнула в ответ суккуб.

– У вас тут в Аду чего хочешь может быть, – пробурчал я под нос.

В кино я, конечно, видел, как туземцы лазают по пальмам за орехами.