Приманка

Казалось, кипяток выжигает глаза, я зажмурился и нырнул, чтобы не видеть этого паскудства. Когда, отплевываясь, вынырнул, экскурсия уходила. Вода вокруг продолжала кипеть, но температура стремительно падала.

– Ой, блин, пипец какой, – устало выдохнул я, раскинув руки и ноги, и, расслабившись, замер на поверхности своего бассейна. Вода стала градусов тридцать. Таиланд, блин.

– А ты как думал? – послышался голос черта. – Это Ад, сынок. Хули грешить так было?

«Ну да, ты мне еще проповедь прочитай о праведной и здоровой жизни», – зло подумал я.

– Я отойду, у меня и другие грешники есть. А ты отдохни пока, повспоминай, что еще предложить можешь, – черт вилами аккуратно отпихнул меня от края котла. – Смотри не вывались, а то вообще пипец будет. На нейтрино разлетишься. Сам Господь Бог не соберет. Здесь физичность другая, не человечьей души. Вы только в котлах сидеть можете. Да и мне пистон будь здоров вставят за порчу материала.

Черт ушел, я подгреб к краю, выглянул наружу. Вокруг стояла адская тьма, которую изредка прорезали всполохи адского пламени.

В их мрачных отсветах становились видны уходившие в бесконечность ровные ряды адских котлов. Иногда над котлами проносились крылатые тени Ангелов ада, высших демонов.

«Вот суки, – подумал я, – тоже на нас, грешных, кормятся».

После смерти в Ад я попадал неоднократно и всегда радовался царившей здесь коррупции. За взятки памятью о пережитых в жизни чувствах старому опытному грешнику удавалось устроиться вполне комфортно. Относительно, конечно, но по крайней мере особых мучений не испытывать.

Понятно, что подобные отношения между инферналом и грешниками незаконны, строго-настрого запрещены и грозят обеим сторонам крайне серьезными неприятностями. Хотя о каких неприятностях можно говорить здесь?

Однако «спрос рождает предложение», и «как внизу, так и наверху» соответственно поток чувств устремляется от мучимых в Аду грешных душ к чертям и дальше через демонов в самые глубокие глубины Ада.

Конечно, кого-то ловят, кого-то наказывают, но искоренить подобную коррупционную практику, естественно, невозможно.

И пирамида всеобщего взяточничества процветает в Аду, словно в ГАИ.

Перевернувшись на спину, я закинул руки за голову. Неподвижно замер на поверхности воды.

«Ну что же, не так уж плохо я устроился на этот раз, – подумал я, лениво наблюдая за пляской демонов в адском небе. – Надеюсь, экскурсии сюда водят не слишком часто».

Одна из теней стремительно спикировала ко мне.