Когда увидишь меня – плачь

Он добыл это сокровище в Пустом доме года три назад и скакал от восторга, который никто не мог с ним разделить. Только Полли припоминала что-то из его пересказов «Симпсонов», но увидев их героя воочию, скептически фыркнула.

В отличие от кружки, кофе был так себе. Пить эту дешёвую бурду пустой было невозможно, но из волшебных средств, способных немного её преобразить, был только сахар. Сливки кто-то из них уничтожил, не позаботившись купить ещё. И если Том до позднего вечера пропадал на работе, то Полли… Полли могла бы.

С разочарованным вздохом он засыпал две ложки сахара, а затем, подумав, добавил третью.

Спустя пару минут, рассеянно медитируя над кружкой, он вспоминал, как вчера после смены наткнулся в метро на Адама. Было что-то около половины десятого, и народу вокруг совсем немного, тем более странным Тому показалось встретить здесь именно его. «Центр города, – сказал он себе, – чего тут удивительного». Но вид у Адама был беспокойный и какой-то растрёпанный, и это сразу его насторожило.

Из них троих он всегда был самым собранным по части поведения в людных местах, поэтому застать его таким было особенно удивительно. Адам даже сперва не узнал его и как-то нервно дёрнулся, когда Том приветственно махнул рукой и зашагал навстречу. И хотя обычно он прекрасно владел лицом, от Тома не укрылось, как оно очевидно расслабилось при его приближении.

А всего лишь через минуту он убедился, что с парнем действительно творится неладное. Их короткий диалог оставил Тома в таком недоумении, что он пропустил свой поезд.

Хорошо ещё, на станции не было патрулей, иначе они наверняка примотались бы с проверкой – растерянные горожане были лёгкой добычей.

Том гадал, что такое нашло на Адама: назначить встречу не где-нибудь, а в «Магнолии», казалось чистым безумием. Он же мог просто прийти к ним домой, к чему это представление? Но кто знает, может, он выиграл в государственную лотерею и решил шикануть. Хотя едва ли победители выглядят такими измученными, впрочем, в случае с Адамом ничего нельзя сказать наверняка.

Так или иначе, этим вечером всё прояснится, и сейчас Том мирно потягивал кофе, почти не беспокоясь о том, что никак от него не зависело. Обычно к тридцати восьми обрастаешь какой-никакой житейской мудростью, позволяющей не переживать о вещах, которые скоро разрешатся сами собой.

Он и не заметил, как прошёл день, уместившийся в пять часов между завтраком и приготовлениями к выходу в свет.