Демон по имени Вассаго

– Очнись, блять, очнись! Ёбаный нарик! Это не сон! Нас пытались убить! Они кидали в нас копья! Я слышала их рёв! Я видела это всё своими ебучими глазами! Ты, кусок говна!

Парень-гот получил первые две пощёчины, после чего инстинктивно начал закрывать лицо руками, не предпринимая никаких мер для контратаки. И неизвестно, сколько времени готка продолжала бы раздавать пощёчины своему бывшему собрату, как вдруг из уст женщины в засаленной сорочке сорвался рёв:

– А ну заткнись, шалава! Голова от тебя начала болеть!

Аннет перестала избивать своего беспомощного друга, она медленно повернула свою голову в сторону, откуда исходил звук, и её бешеный взгляд начал ошпаривать лицо толстой женщины.

– А ты ещё кто такая? – прошипела девушка-гот.

– Не твоё собачье дело, чувырла! – вызывающе произнесла женщина в грязной сорочке.

По лицу Аннет можно было заметить, что она находилась в одном шаге от того, чтобы набросится на свою неожиданную соперницу и разорвать её. Она не спеша встала с кровати Гарри, и медленно направилась в сторону толстой женщины.

– Ты что думаешь, стерва, – начала Аннет, – если ты – старая вонючая карга, то я тебя пальцем не трону?! Да я тебя…

Девушка-гот только протянула свои руки в направлении женщины в грязной сорочке, как в её челюсть врезался кулак одного из близнецов. Аннет повалилась на пол, не издав ни звука, после чего уже оба брата встали около неё и начали избивать ногами.

– Если наша мама говорит заткнуться… – начинал первый близнец.

– Значит, нужно заткнуться! – продолжал второй.

– А если ты, чёрная блядь… – начинал первый.

– Ещё хоть раз как-то обидишь маму… – продолжал второй.

– Мы тебя порежем… – начинал первый.

– На мелкие лоскутки! – продолжил второй.

Толстая женщина одобрительно махнула рукой:

– Довольно, мальчики, довольно. Я думаю, эта собачонка получила хороший урок. Теперь она будет знать, что не нужно лаять на Королеву Крови.

Но близнецы не унимались. Казалось, они так долго ждали такого удобного случая размяться, что не хотели и слышать о том, что их игре наступит конец.

– Томас, Дональд! Я кому сказала?! – рявкнула женщина.

Как два послушных бультерьера, братья перестали резвиться со своею игрушкой и, опустив головы, подошли к своей матери, тихо промямлив в один голос.

– Извини, мам.

– Другое дело, – сказала мать близнецов. – Не волнуйтесь, мои хорошие, я вам ещё дам возможность поиграть с ней, если она будет ко мне относиться неподобающим образом.