Рукопись, найденная на помойке

Похоже, он начался раньше и закончился позже, чем следует. Наивность, инфантильность, страсть к преувеличению своих чувств и переживаний, демонстрация своей уникальности и более серьезное, чем нужно, отношение к некоторым вещам, свойственные ей в детстве и в юности, – может быть, все это было следствием того, что до школы Влада почти не общалась с другими детьми. В детский сад ее не отдавали, и со сверстниками она почти не встречалась, потому что почти все время проводила не в городе, а в папиной загородной лаборатории, среди его сотрудников и аспирантов.

Да и в городе ни на какие детские площадки ее не водили: родителям было некогда, а бабушка, с которой ее оставляли, предпочитала играть в карты и настольные игры, а не ходить на улицу. Только изредка Влада встречалась со своим троюродным братом Илюшечкой, бывшим на год ее старше – когда папина двоюродная сестра тётя Рена приходила к ним в гости – и всё.

Родители с Владой никогда не сюсюкали и не говорили «детским языком».

Никаких там: «бо-бо» или «бибика». Поэтому подобные слова, однажды услышанные из уст Илюшечки, вызвали у нее культурный шок, а сюсюкание некоторых взрослых доводило до белого каления.

Одновременно у неё было чёткое сознание того, что она – центр вселенной.

Влада могла долго молча заниматься своими делами (с тех самых пор ей никогда не бывало скучно наедине с самой собой), но когда она создавала, к примеру, какой-нибудь «музей», открывала «магазин» или устраивала «концерт», туда добровольно-принудительно доставлялись все папины сотрудники и члены их семей, если таковые наличествовали.

И все они должны были восхищаться и писать серьезные отзывы в специальную тетрадь.

Имевшиеся пустоты вокруг себя Влада заполняла фантазиями. Она создавала воображаемых людей и строила с ними воображаемые отношения. Решала, всерьез переживая, выдуманные проблемы и конфликты. И все эти созданные её фантазией люди так или иначе должны были признавать Владу единственной и неповторимой, все вымышленные мужчины в нее влюбляться, несуществующие братья и сестры – обожать и слушаться.

Себя при этом она видела взрослой, в белом платье, настоящей героинею романа..

Когда же в ее жизни появились другие, вполне реальные люди – сверстники, не склонные подыгрывать ей, как это делали папины сотрудники, – ей пришлось сложно. Нет, трагедии, какого-то ярого неприятия не было. У Влады, как у всякой девочки, появились подружки.