Демон по имени Судьба. Выбор сделан

Он боялся спрашивать о её здоровье, так как мог наткнуться на очередное саркастическое предложение о скорейшей её смерти, сказанное не специально, конечно же. Поэтому он попытался направить разговор в другое русло.

Ну хватит об этом, мам. Хватит об этом. Ты лучше скажи, тебе что-нибудь нужно?

Наталья Андреевна посмотрела на свою тумбочку, доверху набитую всякими необходимыми для больницы вещами.

Да нет, вроде всё есть, спасибо, ты и так слишком много приносишь, слишком уж обо мне заботишься.

Ничего не слишком! – повысив голос, сказал Андрей! Как может быть что-то слишком, как дело идёт о моей маме?! Чушь несёшь сейчас! Напичкали тебя таблетками, ты ерунду и городишь.

Увидев, что данные слова не возымели должного эффекта (вернее, Наталья Андреевна вообще никак не отреагировала на его выпад, она только продолжала грустно улыбаться), Андрей успокоился, и открыл пакет с продуктами, который принёс.

Вот, мам, я принёс, как ты любишь.

Андрюша…

Губы Натальи Андреевны покрылись мелкой дрожью

Андрюша…

Она закрыла рукою свои нос и рот, глаза наполнились слезами

Не надо было… Зачем ты… Для меня… Зачем… Андрюша!

Наталья Андреевна бросилась обнимать своего сына, попеременно целуя его то в щёки, то в лоб.

Как же я без тебя, мама? – задавал себе вопрос герой. И ручьи превращались в реки. А реки в неистовый океан.

После пятой минуты молчания в объятиях своей мамы, Тихонов нежно отстранил её от себя, вытер слёзы рукавом своей куртки.

Врачи так до сих пор и не знают, что с тобой?

Наталья Андреевна отрицательно покачала головой, вытирая слёзы с помощью серого платочка и всматриваясь в него.

А почему ты не пользуешься тем платочком, что я тебе подарил?

На день рождения своей мамы, Андрей подарил ей шелковый красивый расписной платочек с рисунком в стиле «гжель».

А потому и не пользуюсь, что ты мне его подарил. Всё равно, что в душу плевать. Я его у самого сердца храню, сыночек мой.

Мама потянулась к верхнему левому карману своей белоснежной рубашки и достала аккуратно свёрнутый платок.

Он хотел остаться с мамой подольше, но часы, стоявшие на тумбочке, неумолимо показывали 14—00.

Нужно было идти на работу. Поцеловав маму в лоб, он собрался уже уходить, как взгляд его упал на название книжки, лежавшей рядом с мамой.

«Граф Монте Кристо»

А что, мам, «Асканио» уже прочитала?

Да, на одном дыхании.