Письма в Трансильванию

Такая странная ерунда,

Ты снишься к осени мне чаще.

Смотри, как в речке блестит вода.

Смотри, как день золотит чащи.

Смотри, как дети бегут к ручью.

Смотри, прощается как лето.

Смотри, как кто-то меня, ничью,

К себе заберёт, пока ты чей-то.

Мне мягкой стала земли твердь.

И каждый похож на тебя прохожий.

И я не могу на людей смотреть.

И не смотреть не могу – тоже.

Кучеряшка

Море волнуется – раз.

Где-то трещат костры и вой

Пса – по коже скользит мурашкой.

В том месте прозвали его Горой,

Её (ей назло) – Кучеряшкой.

Ему не стра?шен лягушек взор,

Руками змею не боишься? – Взялся.

Горою гордился тогда весь двор,

И втайне – немного боялся.

Гора завсегдатай был местных драк,

С рогаткой, пальто нараспашку,

Но самый известный в деревне смельчак

Застыл, увидав Кучеряшку.

Море волнуется – два.

Со временем стали короче дни,

Кудряшка – длинноволосей.

Всё так же Горой его звали они,

Зимою сменилась осень.

Всё так же его громкий свист и «Эй!»,

И взгляд с каждым днём – прему?дрей,

Всё так же, а может, ещё сильней

Робел, когда видел кудри.

«К доске, Горовой!.. (Тишина) Горовой!» –

Учитель глядит с вопросом.

Увы, прерывая мечтанья о той,

Что носит волнистые косы.

И двойки бегут по краям дневника,

И жизнь стала так безнадёжно сера?,

И все во дворе знают наверняка –

Влюбился! Да точно, влюбился Гора!

Войною идёт на неё наш герой,

Сейчас за углом этот дом,

Откуда в начале истории той

И пёс выл, и пахло костром.

Руки рогаткой скрутил по карманам,

А в них – лепестки фиалок.

Тучи идут над землёй караваном,

Меж ними – огнём засияла

Она. А теперь пару слов о ней.

Старушка-зима, прогоняя осень,

Смешила её. И его это «Эй!» –

Так несерьёзно, ведь ей скоро восемь!

Нет времени на эту всю ерунду!

А он всё за ней ошалело.

«Я без волос твоих пропаду», –

Промолвил однажды несмело

И взял за рукав, потом – за портфель:

«Я буду тебя защищать всегда».

«Не верю…» – шепнула. «Ну и не верь!»

И дальше пошла, так смешно горда.

Море волнуется – три.

В деревню давно не идут поезда,

Лет сорок как нет той ветки.

И стала давно Кучеряшка седа,

Но сплетничают соседки:

Мол, видели парня с рогаткой вчера –

Такой же бесстрашный малый,

Ну вылитый просто вон тот Гора,

Да только ещё кучерявый.