Штабная

Но не просчитал, как мне потом хреново будет. Пусто все. Экзистенцией накрыло по самое не хочу. И причина даже не в том, что она меня юзала, дело в том, что меня никто так не слушал!

– Я все понимаю, но почему? Почему в офицерский корпус?

– А-а… – Плотва довольно улыбнулся, растекся на кресле, – это клевая стори. Вам, Мария, понравится.

Машка не подгоняла его. Она встала, налила чай в крышку от термоса, поставила перед Плотвой.

– Я пришел к ним. Я ведь просчитал и их. Это как дважды-два, если тут живет вундер, значит, рядом есть контора.

Машка улыбалась, но она стояла к нему спиной, и Плотва не мог это видеть. Где-то внутри гипермаркета кричали, кажется, новобранцы играли в Зарницу.

– Пришел и сказал, отдавайте моей личное дело. Номер им назвал. Они забегали, забегали. Ну, я им устроил драму Шекспира и Шиллера. Вколол себе антилогик. Ну, тот, который тормозит процессы в мозгу. Пригрозил. Они испугались. Вдруг я мозг поврежду. А я у них под номером, будет недостача вундеркиндов.

– Звание, завещанное мне мужем, дает мне доступ к информации. Даже к этой. И потом, я сопоставила.

Плотва кивнул своим мыслям.

– И вы колете себе эту дрянь? – спросила Машка тревожно, она уже снова сидела напротив Плотвы. На ее плече крутился крысенок.

– Она мне без надобности. Сегодня такая война. Каждый третий падет смертью храбрых. И разляжется на лаврах.

– А если новое оружие?

– Это не просчитываемо.

Машка посидела без движения, на нее разом накатила усталость. Многотонная усталость, наверное, тоже досталась ей по наследству.

– Кирилл, зачем они хотят пустить вас в расход?

Лицо Плотвы не изменилось, но глаза помутнели, впрочем, это могла быть игра света.

– Ну что ж, значит у меня больше шансов пасть смертью храбрых. Вот и все. Разрешите идти?

– Идите.

Он встал и вышел. И ей показалось, что встало и вышло личное дело. Не человек. Картонная старая папка козырнула ей и исчезла за дверью, папка была пробита пулей.

Потом наваждение пропало.

Машке закрыла личное дело Кирилла Плотвинина, она не стала его дополнять, она не хотела никому упрощать работу.

«Увидеть войну и умереть», – думал он, пока шел к эскалаторам.

Глава шестая

Ей нужно было выйти на воздух, но не было сил подняться. Машка слушала, как здание дышит и кипит. Не всё. Какие-то комнаты вымерли. Раньше она бы заинтересовалась, но не теперь.