Речка звалась Летось

Пришла в голову мысль, что это самое место, где нахожусь, как раз и есть самое подходящее для русалочьих игр, по тем же соображениям, что и для моего убежища: по правому берегу очень трудно и долго добираться, а с левого, далеко просматриваемого и болотистого, здесь ни быстро, ни незаметно не подойдешь. Вот тут-то на лужок и вылезти – правый берег очень красив: порос ярко светящимся, даже при лунном свете, бересклетом, высокая мягкая травка – и ни одной былиночки полыни, этого русалочьего оберега! Чистый уютный лесок совсем рядом: хвосты в воду, сиди на бережку, любуйся природой да волосы расчесывай гребешком из рыбьих костей.

Я не понял и не заметил, как и когда рядом со мной очутилась русалка. Она полулежала в двух шагах, бесстыдно раздвинув хвосты:

– Видишь, вполне функциональна. Попробуй меня, не бойся. Да, ты нашел то самое место.

Волосы зеленоватые длинные, распущенные, тело бело-мраморное. Пахнет не тиной, а очень приятно – как Танечка. Лицом ни на кого не похожа.

– Ты… кто? Как тебя зовут?

– Русалка.

А как зовут – какая разница? Называй Русланой.

– Так она же умерла…

– Что, у нее одной такое имя, что ли?

– А ты ее знала?

– Мы все друг друга знаем.

– Как же так? Тебя ведь нет?

– Почему нет? Вот я. Зря не веришь. Ты же знаешь, в средние века целые деревни считали, что они волки-оборотни: ликантропия. И соседи их так считали. А значит, так оно и было. Называй это по-научному гипнозом, если хочешь. Вот если бы ты в ту деревню попал, тоже волков бы увидел. И волчиц: эти-то точно функциональны, мог бы попользоваться.

– А волчица… не разорвет?

Пожала плечами:

– Кто знает… Но вообще-то пригожий парень каждой твари мил. Почему не попробовать? Не надо, как тот трусливый царь Кусман, с кровати падать: что досталось, тем и пользуйся! Может, понравится еще. Думаю, по твоим талантам, ты и с волчицей еще пообщаешься. А пока я за нее: попробуй, Сергей, не бойся, – она приблизилась, мы начали целоваться… Вкус Танечки.

Но я все же боялся и продолжал спрашивать, не переходя за черту:

– А сколько вас?

– Какая разница? Есть мы.

Русалки живы до тех пор, пока найдется хотя бы одна, которая верит, что может в нее обернуться. При полной луне, на Летоси, ночью. Помнишь, Наташа тебя на пляж звала?

– Конечно.

– Это она хотела тебе в образе русалки показаться. Но не решилась, побоялась, что испугаешься, не примешь такого. Ты все еще думал, почему она с тобой не хочет… сблизиться, не верил, что есть кто более достойный.