Поверь мне

– Значит, ребенка хочешь оставить?

– Хотеть и мочь – это разное! Вы сами это говорите на лекциях! Да и Митя уже третий месяц не выходит на связь, как узнал о беременности, так и все.

– С Митей я поговорю. А ты, Ань, ищи квартиру недалеко от универа. Я оплачу аренду. Попробую договорится в деканате и сделать тебе свободное посещение.

– Правда? Матвей Сергеевич, я и подумать не могла, что вы…

– Угомонись, Верещагина, и начинай действовать. До конца недели тебе нужно будет перебраться на новое место.

В тот день я раз двадцать пытался дозвониться до Мити. Был весь на взводе, но Катю грузить этим не стал. Да и как? Она летала по комнате, как цветочная фея, вся перемазанная гуашью, с кисточками в волосах, а по  всей нашей комнате везде лежали плакаты с поздравлениями к Восьмому марта.

– Матвей, я так боюсь. Какой из меня художник? Зачем я только сказала, что ходила в художественную школу?

– Котенок, даже не думай сомневаться в себе.

– Вообще-то, это розы! – воскликнула Катя и бросила в меня взгляд-молнию. – Художника обидеть может каждый!

– Ладно-ладно. Давай помогу.

Мы до часу ночи рисовали мимозы, ирисы, астры, ландыши и еще множество других цветов. Арт-терапия помогала. Я уже не хотел придушить Митю. Теперь я думал, как повести разговор, чтобы помочь ему и Верещагиной.

Лучше бы я тогда остановился и подумал, как не разрушить то, что у меня есть! Если бы тем вечером я рассказал, что произошло, то сейчас бы не мучился на диване в зале.

В тишине комнаты я отчетливо услышал скрип двери и звуки шагов. Что это? Катя решила сбежать от меня посреди ночи?

Катя

Пусть лучше правда, какой бы она не была, чем неизвестность! Я из последних сил старалась не накручивать себя, не рисовать все в темном свете и вообще постараться не думать о Матвее рядом с Аней и Ваней.

Но выходило плохо, ужасно на самом деле.

Вместо того, чтобы сконцентрироваться на разговоре с Митей, подумать какие вопросы я хочу ему задать, я мучила сама себя.

Отличное воображение подпитывалась просмотренными мелодрамами и прочитанными романами. А я, конечно же, была глупой женой-клушей, которая не видела дальше собственного носа! Матвей как минимум полгода помогал Ане, судя по его задержкам.