Поверь мне

В его голосе я отчетливо расслышала недовольство и … беспокойство?

И, мне ведь не послышалось, он назвал ее по имени?! Не по фамилии, как обычно зовет всех студенток и не полным именем, когда считает девушку умной и перспективной, а просто Аня…

– Прости! Что я… что мы так.

Девушка опустила взгляд, но затем словно очнулась и затараторила, не давая мужу и слова вставить:

– Ты так много для нас сделал и если бы не ты, я даже не знаю что бы делала, но я так больше не могу. Прости, Матвей, но я все уже решила.

Ванечке будет лучше с тобой, а мне нужно встать на ноги. Понимаешь? Я не готова быть мамой! Мне нужно доучиться, получить профессию, а из-за сына я едва сдала сессию. И то, ты помог! Красного диплома мне уже не видать, и я не справляюсь! Я не умею быть мамой!

Блондинка по-детски шмыгнула носом и ладошкой вытерла набежавшие слезы.

Мой муж не находил слов, просто хмурился и смотрел, а я, кажется, разучилась дышать и все смотрела на малыша, который спокойно спал.

– Вот.

Мне протянули люльку, и я, словно под гипнозом, ее взяла.

Тяжесть в руках вернула меня в реальность. Это не сон!

Молоденькая незнакомка, которая явилась на ночь глядя ко мне в дом и называет моего мужа по имени. Этот невинный младенец, родная мать которого отдает его почему-то именно Матвею, имел характерное родимое пятно у виска. Свекр, смеясь, часто вспоминал об этой отметке и называет ее гарантией качества Зеленцовых. Ведь и у всех родственников по мужской линии оно есть.

– Никакого тебе теста ДНК делать не надо! – хвастался мужчина, довольно оглядывая сыновей.

И вот теперь я смотрю на такое же родимое пятно, но уже не на муже, а на чьем-то младенце.

Хватит врать себе, Катя! Все ясно! Он не чей-то, а Матвея. Мать принесла ребенка отцу. Вот причина происходящего.

И сейчас они стоят и ссорятся, как будто меня нет рядом, словно я незначительная деталь… третья лишняя.

Матвею плевать на меня и мои чувства. Муж, и забыл обо мне! Он пытается уговорить девушку не бросать их ребенка.

Обещает помогать, нанять приходящую няню…

Боже, убейте уже меня хоть кто-нибудь! Только избавьте от этой сцены!

Алло! Муж, я здесь стою! Держу твоего ребенка от другой женщины, а ты имеешь наглость при мне обсуждать их же быт?!

Теперь понятно, куда уходят деньги. И где три дня в неделю задерживается Матвей. А я наивная, доверчивая дура, которая искренне верила, что мой муж не такой! Не способный на предательство и такую низость.