Учебка-2, или Кто в армии служил, тот в цирке не смеётся!

Оттерпев неделю, старлей сбежал в полк, хотя желающим предлагали остаться на этой должности, что для взводных было резким повышением. Из нашего полка со стройротой справлялись только два офицера, капитан Горкин и старший лейтенант Мажара, оба из второго дивизиона. Горкина я почти не знал, а с Мажарой как-то пришлось столкнуться и прочувствовать на себе его внутреннюю силу.

Однажды он случайно зашел в нашу батарею вместе со взводным Тимохой. Я шел по расположению, засунув руки в карманы, с расстегнутым воротником.

Мы уже начинали буреть, постепенно выдавливая из себя духовское подобострастие. Жесткий окрик вывел меня из благодушного состояния:

– Сержант, ко мне!

Два узких зрачка в сером, холодном ореоле проткнули мозг до внутренней стенки затылка. Взгляд вводил в оцепенение и одновременно притягивал. Под коленками слегка захолодело, и ноги, теряя привычную упругость, сами три раза шагнули в сторону старлея. Глаза Мажары наливались бешенством. Душа же моя переместилась этажом ниже, оставив на своем месте неприятный вакуум, рука при этом торопливо шарила по вороту в поисках ненавистного крючка.

В полк он пришел полгода назад, из Афгана. Впечатление к тому же значительно усиливалось почти двухметровым ростом, центнером мышечной массы без примесей и значком мастера спорта на кителе.

– А ну, встал смирно! Ни хрена себе, опухли салабоны…

– Ну ладно, кончай, хватит… – попытался вступиться Тимоха.

– Чего хватит? Чего хватит? Распустили сержантов…

Где-то в глубине у меня мерцала мысль, что надо бы маленько поборзеть, слишком много зрителей, но тело и язык не подчинялись.

Выручило появление Малыша. При виде себе подобного громилы, со значком КМСа на груди, лицо старлея просветлело. Безошибочно угадав в нем коллегу – а Мажара оказался мастером по вольной борьбе, – он даже улыбнулся:

– У тебя за что?

– Классика, – коротко бросает Малыш.

– Чего имеем?

– Два раза Москву выигрывал, – Саня смущенно улыбается, пожимая протянутую руку, и я пытаюсь под это дело слинять.

– Стоять! Никто не отпускал! – сквозь зубы выдавливает Мажара, не поворачивая головы, и лицо его снова светлеет при обращении к Малышу. Обидно: я ведь тоже их коллега, хоть и не столь титулованный со своим первым разрядом, к тому же существенно проигрываю в размерах.

Короткий диалог скоро закончился. Это был разговор двух супертяжей, после чего Мажара, даже не взглянув на меня, вместе с Тимохой направился к выходу.