Учебка-2, или Кто в армии служил, тот в цирке не смеётся!

Через две недели его окончательно переведут во взвод вооружения «замком», там совсем командовать некому.

Новый «бемс» заводится с полпинка, со старым пришлось повозиться, но к воскресению все было готово. В понедельник мы должны в общей колонне бронетехники перегнать тренажеры на полковой плац. Ехать, в общем-то, недалеко. Колонна должна выйти с автопарка через КТП на трассу, проехать 500 метров и заехать в полк через другие ворота. Так как мой водительский опыт оставляет желать лучшего, а на подобных машинах я и вовсе не ездил, мы решили, что Гоша перегонит их сам, по очереди.

Но не тут-то было…

Комбат уехал в командировку и за него остался мой бывший взводный Круглов. В понедельник, после развода, мы с Колосовым доложили ему о необходимости нашего присутствия в автопарке, но так как по расписанию планировались политзанятия, а это святое, он нас не отпустил. Как мы ни объясняли, как ни доказывали, на кого ни ссылались, он как всегда проявил свою баранью натуру. Уже в течение получаса мы с тупым интересом слушали очередную идеологическую муру, когда Круглова вызвали к телефону.

Через пару минут он появился в ленкомнате уже в бело-розовой, мраморной раскраске и как-то потерянно скомандовал:

– Колосов, Еремин, бегом в автопарк!

Оказывается, там в ожидании наших тренажеров уже почти час томилась колонна БРДМов. Без нас ее не выпускали. Мы бежали, злорадствуя на ходу, что теперь взводный огребет по полной программе. Удачно проскочили мимо КТП, где нас с нетерпением ожидал начальник автопарка майор Поцелуев.

Личная встреча с ним не сулила ничего хорошего. И только вдогонку мы услышали несколько хриплоголосых фраз, из которых стало ясно, что наша внешняя привлекательность совершенно не соответствует собственным иллюзорным представлениям.

Но вот и родной бокс, распечатываем. Я растаскиваю в стороны тяжелые створки, а Гоша уже заводит стоящую впереди машину. «Бемс» не подвел, и мой напарник, погоняв на холостых, перебирается в следующий тренажер.

Но старушка капризничает. В этот момент в боксах появляется замкомандира дивизиона, майор Петров:

– Я не понял…

Внешнее спокойствие Петрова настораживает и пока невнятно тревожит. В правой руке у него длинный стальной пруток пятимиллиметрового диаметра. Он тихонько постукивает им по зеркальному голенищу. Меня, как кролика перед удавом, завораживает этот процесс кратковременного контакта стали и сверкающей кожи.