Целуй меня, моя любовь

Под ним он чувствовал себя настоящим предателем, хотя ни в чем не был виноват.

Дома пришлось все рассказать Веронике.

– А почему он думает, что стоит искать ее? Столько времени прошло. Зачем? – испуганно спросила она мужа.

Он посмотрел на нее и ее уже очень большой живот, и подумал о том же – зачем? Что это даст? Допустим, ее найдут живой и здоровой, живущей спокойно своей новой жизнью с каким-то человеком. Может, она с ним счастлива, пишет картины, любит его. Эта мысль была такой болезненной для него, что он тут же поспешил ее прогнать.

– Она, конечно, мертва, – как можно увереннее произнес он. – Но пусть уже найдут хотя бы тело. Мы сможем ее похоронить.

– Да, кому нужно это ее тело? – раздраженно воскликнула Вероника.

Он посмотрел на ее бесформенную фигуру, отекшее лицо и впервые испытал настоящее отвращение.

– Никогда не смей говорить об Анне плохо, – процедил он сквозь зубы. – Я любил ее, по-настоящему любил. И я хочу найти ее, чего бы мне это ни стоило. Точка.

Он поднялся с кресла и пошел в свой кабинет.

Дверь закрыл на ключ. Громкие рыдания Вероники не трогали его. Он думал об Анне. Вот если бы она была жива. И пусть она предала его, оставила, но он лишь посмотрел бы ей в глаза и спросил бы: «Почему?» Неужели она никогда не любила его? Ему хотелось спросить, получить ответ и отпустить ее со спокойным сердцем туда, где ей хорошо без него. Настолько хорошо, что она просто вычеркнула его из своей жизни, не объяснившись и не сказав прощальных слов. Он хотел знать правду.

В ту ночь у Вероники отошли воды, и через несколько часов в районной больнице она родила ему девочку. Он хотел бы назвать ее Анной. Но разве он посмел бы?

Глава 8

Мир вдребезги

Надежду теряют по-разному. Иногда она разбивается внезапно, выскользнув у тебя прямо из рук и разлетевшись на мелкие осколки, словно стеклянный стакан, упавший на плиточный пол. Это очень больно. Но иногда в суматохе своих дней ты не замечаешь, что она исчезла. Просто утекла по капле из сердца, как вода.

И единственное, что ты чувствуешь – это пустоту.

У нас с тобой не было никакого конфетно букетного романа. Никаких прелюдий, взглядов украдкой, осторожных касаний. Мы сразу же вошли друг в друга, на полной скорости врезавшись сердцем в сердце. Я помню, как ты взял меня за руку и сказал: «Бежим!». И я побежала вместе с тобой. Я не думала ни о чем. У меня просто не было времени на раздумья. Да нам и не нужно было ни минуты на узнавание.