Целуй меня, моя любовь

Но из-за неизвестности его существование превратилась в бесконечное ожидание. Любой звонок, сообщение или похожий силуэт в толпе заставляли его вздрагивать. Он стал пить, чтобы хоть как-то уйти из кошмара этой реальности.

– Так не может дальше продолжаться, Алекс, ты просто заживо хоронишь себя, – сказала ему однажды Вероника. Та самая девушка, с которой он был в тот день, когда пропала Анна. Она вообще его старалась поддержать, как могла. Приезжала к нему домой с продуктами, готовила незатейливый ужин, убиралась в квартире.

Потихоньку, не без помощи Вероники и друзей, он стал приходить в себя. Рассудив, что была бы жива Аня, она бы ни за что не покинула его, он стал считать ее мертвой. Так ему было легче.

Постепенно жизнь его стала входить в свое привычное русло. Он заставил себя вернуться к спасительной работе, в которую окунулся с головой, и еще через полгода предложил Веронике стать его женой, предварительно признав Анну без вести пропавшей.

Глаза его потухли, но внешне он оставался прежним. Когда Вероника сказала, что беременна, он внутренне отпустил Анну и попрощался с ней. Жизнь с ней, их любовь, их общие планы и надежды он оставил в прошлом.

Теперь его ждало будущее с женщиной пусть и не столь любимой, но уважающей и любящей его, кроме того, ожидающей от него ребенка. И пусть теперь приходилось заставлять себя жить, пусть он понимал, что не будет уже никогда этого огня в сердце, делающего его то неимоверно счастливым, то самым несчастным на свете, пусть теперь все было ровно и без интриги, зато надежно и спокойно.

Глава 3

Украденное счастье

У вас было когда-нибудь такое чувство, что кто-то словно забирает вашу судьбу, ваши мечты? Все то, что вы когда-то хотели, лелеяли в своём сердце, загадывали на каждую упавшую звезду, совершает какой-то чужой человек. И так четко он идёт по вашим самым сокровенным уголкам души, в которые вы не пускали никого, словно он смог их однажды подсмотреть и теперь методично исполняет каждую вашу мечту.

Не так страшно, когда воруют деньги, драгоценности и вообще что-то материальное. Гораздо страшнее, когда воруют твои мечты. А потом смотришь на чьё-то, по сути, украденное у тебя счастье, и внутри вскипает целая гамма чувств – от гнева до вселенского отчаяния.