Сказки и мысли россыпью

Где ты в пещерах розетки видел?

– А как же ты до сих пор управлялся?

– Ты понимаешь… – Горыныч наклонил к Царевичу среднюю голову, в то время как остальные две свирепо смотрели по сторонам, держа солдат на почтительном расстоянии. – Есть тут одна. Марфа Моревна, королевишна. Я её как-то по ошибке украл. Заказчик тупой попался: вместо тридевятого царства в триседьмое отправил. Потом долго с извинениями летал. Ну, и выяснилось, что батюшка у неё шахматист-перворазрядник, а играть ему и не с кем – поддаются все, чтоб не повесили или там четвертовали.

Вот теперь по понедельникам и средам у них партии после ужина, и гоняем на время. Я минуту думаю, а он три, чтоб по-честному. Коньячок марочный попиваем, сигары смолим – лепота! Моревна анекдоты травит да за отца болеет. Сплю у них на чердаке, телефон там же, на подзарядке. В 7:30 утра стража под окна прибегает. Пушки палят, стрелы мечут, в тазы бьют, «Супостат!» кричат. Я, ты же знаешь, «сова», поспать люблю, а тут консультантом по пожарам в страховую компанию наняли, к девяти быть надо… Придётся сегодня игру-то пропустить, – Змей тяжко вздохнул.

– Что, совсем летать не можешь? – посочувствовал другу Царевич. Горыныч слабо шевельнул крыльями.

– Нет, Вань, не могу. Уж извини, тебе придётся другую подмогу вызывать, чтоб тучи разгонять. Посмотри там, в нише с летучими мышами, телефонное граффити. Начни с номера, что сверху.

Царевич прошёл в указанном направлении, переписал телефоны на обшлага рукавов и вернулся к изголовью Змея.

– Так… Код страны, код города… – застучали по экрану высочественные пальцы. – Алло! Барышня, позовите Гарри, пожалуйста! Кто спрашивает? Иван Царевич!

Лицо его внезапно вытянулось в чрезвычайном изумлении.

– Какой ещё «нарушенный этикет»? Какой «международный скандал»? С каким ещё опозданием?! Какого наследника?! Это квартира Поттеров? Ах, Букингемский дворец!

Царевич показал Горынычу кулак и сменил тон с возмущённого на подхалимско-дружеский:

– Так сразу бы и сказали! А мы и не знали! Неужели и на Фейсбуке статус был?! Да, понимаете, у нас тут… – по его лицу было видно, что он лихорадочно пытается выкрутиться.

Внезапно Горыныч закашлялся и правой ноздрёй левой головы пустил тонкую струйку бледно-жёлтого пламени. Вид этого жалкого зрелища внезапно осенил Царевича.

– Фаервол тут у нас! И вирусы, – перешёл он в наступление на невидимого оппонента. – Так что никакого Фейсбука. Карантин.