Поле солнышонков

Юля, привыкшая к строгому и порой даже грозному виду Павла Петровича, совершенно растерялась. Стояла как подросток и молча улыбалась.

– Ну так что? Идем сегодня праздновать? – уже без улыбки и даже как-то без вопроса спросил мужчина.

– Как скажете.

«Чайный домик» закрывался в одиннадцать вечера, но Юлия работала до семи. Разумеется, первые дни она тоже уходила лишь после закрытия, однако всё понемногу устаканивалось, и администратор старалась делегировать полномочия на старшую по смене.

В своем маленьком и очень уютном кабинетике Юля переобувалась в кроссовки.

Не было ни времени, ни возможности купить какие-нибудь деловые сапожки, да особо и не хотелось. Так приятно после трудового дня дать возможность ногам комфортно разместиться в кроссовках и не спеша идти домой.

Ровно в девятнадцать ноль-ноль заиграла мелодия мобильного.

– Да, Павел Петрович, – Юля так надеялась, что утреннее предложение окажется просто шутливым замечанием.

– Юлия, я вас жду около входа.

Девушка застегивала курточку и пыталась ответить хоть на один из ста роившихся в голове вопросов. Потом не выдержала и нажала клавишу «2» – автонабор номера телефона тети.

– Да, Юленька, ты уже домой?

– Теть Надь… Я что-то не поняла. А ты не идешь праздновать? – Юля окончательно растерялась.

– Что праздновать? Солнышко, я не понимаю, – тетя Надя, несмотря на всю свою столичную представительность, иногда не к месту повышала голос. Она почему-то думала, что по телефону всегда нужно чуть ли не кричать.

– Ну, мой день рождения…

– В смысле? – по голосу стало ясно, что тетя – главный бухгалтер, совершенно не в теме.

– Теть Надечка, я перезвоню.

Юля уже всё поняла. Значит, последнюю неделю ей не казалось. Значит, ей не привиделось, что Павел Петрович как-то поменял свое отношение к ней. И дважды заезжал в чайную, так и не объяснив четко причины своего визита. И какое-то срочное совещание образовалось, на котором была только она. Нет, совещания были.

Но общие. И она, как администратор «Чайного домика», на них обязательно присутствовала. Но тут – срочно и лично. Она еще напугалась, что к ней появились какие-то претензии. Однако генеральный директор рассеянно выслушал ее внеплановый отчет и отпустил, так и не сказав ни слова.

* * *

– Ой, Наташа, у меня столько для вас новостей!

Октябрь зачастил дождями, и Юля насквозь промокла, пока добежала от метро до дома Натальи Николаевны.