Подержи моё пиво

Глеб подал руку, и тот судорожно её затряс.

– Не думал, что ты так рад будешь меня видеть, – Глеб неловко улыбнулся. Он, конечно, знал, что слова сестры про то, что Максим не хочет его видеть – ерунда, ведь она любила приписывать другим людям качества, которых в них нет, но не предполагал, что настолько. Максим словно всю жизнь его ждал и вёл себя как пёс, к которому вернулся оставивший его на долгое время хозяин.

– Да ты что, я всегда рад, всегда рад, – заливался он, чуть не задыхаясь.

 – Пойдем на кухню, ты, наверное, есть хочешь?

– Не откажусь, – признался Глеб, и они вышли из комнаты.

Маша уже поставила на плиту чайник, но самой её видно не было. Максим стал хлопотать с яичницей, ссутулившись над сковородкой.

– Помочь? – спросил Глеб.

– Да нет, садись, сейчас всё будет.

Глеб сел за стол. Он не привык, чтобы кто-то готовил ему еду. Катя поначалу порывалась это делать, но из-за разницы в графиках они ели в разное время, так что вскоре и готовить стали отдельно.

К тому же Глеб всегда довольствовался малым, и готовка затруднений у него не вызывала. Было не так уж сложно кинуть в воду пельмени или заварить сублимированную лапшу.

– Ты так и ездишь на своем «вольво»? – спросил Максим, заглушаемый треском яичницы на разогретой сковороде.

– Да, на новую не накопил, – улыбнулся Глеб. – А что?

– И как она? Ещё на ходу? И вообще?

Глеб так давно не общался с Максимом, что уже и забыл, что тот любой разговор умудрялся сводить к своей машине.

Теперь он понял, что беседу будет сложно перевести в другое русло, да впрочем, и незачем. Он беззаботно ответил:

– Да, старушка на ходу, работаю на ней. Конечно, дно проржавело, да и так, по мелочи, то одно, то другое. Экологичная машина, потихоньку перегниёт целиком… но тарахтит пока.

– Вот как так? – В голосе Максима сквозила обида. Он начал неистово разбивать вилкой глазунью. – Она ж какого года у тебя? А ты даже и ремонта не делал крупного.

Вот что значит – иномарка. А моя постоянно ломается, чтоб её.

Глеб промолчал, понимая, что муж сестры ещё не выговорился. Максим выключил чайник и поставил на стол две тарелки с яичницей с сосисками и помидорами. Глеб предположил, что он частенько готовит для себя. Пока Глеб закидывал в рот еду, Максим возил вилкой по тарелке, не начиная есть, и нудел:

– То одно с ней приключится, то другое.