Подержи моё пиво

К счастью, всего лишь расчёской. Глеб поджал губы, косясь на встревоженного ребёнка, а потом развернулся и вышел за дверь, которая тут же за ним захлопнулась. Ему показалось, что он слышит, что Ваня заплакал в голос. Он тут же захотел вернуться, но посчитал, что не нужно этого делать, чтобы не усугубить конфликт. Сейчас они оба успокоятся и пойдут спать.

Спустившись на первый этаж, Глеб долго не решался выйти. Он стоял в подъезде, глядя в заляпанное окно, за которым ничего не было видно.

Произошедшее вызвало лишь одно чувство – досаду.

В двадцать лет он бы метал предметы, бил стекла и на эмоциях ввязался бы в какую-нибудь драку, в тридцать – выругался бы, ударил кулаком в стену и неистово бы напился, но теперь этот конфликт и его итог… да всё это уже было. Он думал, что он больше ничему не удивляется. И это тоже не удивительно.

Глеб сел в машину, с силой захлопнул дверь, завёл двигатель и посмотрел на часы. Половина первого. Учитывая, что это была ночь с пятницы на субботу, существовала огромная вероятность того, что единственный панк-клуб города под названием «Муха» всё ещё открыт.

Всё равно по пути домой, думал Глеб. Можно и заскочить, развееться не помешало бы. Где ещё отдыхать в этом городишке? Уж точно не в грёбаном караоке.

Он проехал полгорода за несколько минут и завернул во двор единственного здесь рок-клуба. Все остальные клубы, просуществовав не больше нескольких месяцев, давно загнулись, и лишь этот, открывшийся около года назад, активно существовал.

Глеб сам приложил руку к благоустройству этого места – делал здесь ремонт, когда подрабатывал на разных стройках. Тогда и познакомился со Светом – хозяином «Мухи».

Остановил машину, вышел. Перед клубом никого не было, а это значило то, что либо концерт давно кончился и все разошлись, либо мероприятие было совсем уж неинтересное и выступали какие-нибудь учащиеся музыкальных рок-кружков, посмотреть на которых никто не ходил. Обычно перед клубом тусовались все местные панки и хардкорщики.

Ведь им особенно больше негде было тусоваться в этом городе, как и самому Глебу. И хотя он был ощутимо старше подавляющей части местной публики, не было места, где он чувствовал бы себя так же уютно и хорошо.

Глеб подошёл к клубу и, стараясь не обращать внимание на отсутствие звуков изнутри, дёрнул дверь. Закрыто. Скептически цокнув языком и оглянувшись в растерянности, он побрёл обратно к машине. Пришлось всё-таки ехать к себе.