Гражданка дальше ручья

– А я разве с фиксами? И вообще, я живу по принципу «без зубной щётки» – отмахнулся я и вгляделся в линию горизонта.

Тут лес вдруг сменился чистым полем. Небо окрасилось кровавыми петардами.

«Дома всё равно убъют», – подумал я и решил устроить привал.

Завалившись под кустик, мы смотрели на полную, объевшуюся сыра луну… Где-то вдалеке шумел поезд. Возможно, на нём сейчас движется в сторону города Добробаба. С одной стороны, романтика. Но с другой, ведь, не так, чтобы прям расплакаться. Слишком много отвлекающих факторов.

С кустов, например, свисала засахарившаяся блевотина. Кажется, запах шёл от неё…

– Знаешь что Раков, – приставала Дашуха, – если мыться в ванной с яичным шампунем не будешь, на серьёзные отношения не рассчитывай.

Я ещё раз взглянул на небо и увидел, как стая ворон сложилось в слово «Надо, Раков!».

Тогда я встал и палкой откинул блевотину подальше. И заснул, уже не обращая внимание ни на комаров, ни на сварливый бубнёж бывшей Добробабиной невесты.

Пёс

Засыпать – вот уж чего в планах не было.

Думал, буду бодрствовать до тех пор, пока не перекинусь парой слов с Кактусом – а ну как опять во сне Оля Газелькина? Кто знал, что путешествие меня так укатает?

Во сне подсознание услужливо преподнесло Змея Горыныча о трёх головах, жарившего на костре длинные сухие сосиски.

– Проходил семьеведение? – напевала голова школьной директорши, закусывая сосиской размером с меня.

– Ещё один Боря? или не ещё один Боря? – повторяла голова бывшей Добробабиной пассии.

– Для фего фебе ффё эфо? Фкажи, Кьешня? – фыркала Добробабова голова.

Разговаривать с Добробабой хотелось меньше всего. Что спрашивается, этот шепелявый забыл в моём сне, наполненном прекрасными женщинами?

Проснулись засветло. Свет не понравился. Захотелось, чтобы всё закончилось по щелчку… но судя по тому, как далеко мы зашли в лес, рассчитывать на счастливый конец уже не приходилось.

Я попрыгал на одной ноге, стремясь вытрясти залившиеся в ухо росинки, и попал ногой в сгустки вчерашней блевотины.

Сгустки были красиво вызолочены утренним солнцем. Мне захотелось сходить в туалет по большой нужде. Чтобы не тревожить Дашуху, я отошёл подальше и с ужасом обнаружил, что спали мы на болоте. Вокруг – ни листика. Ни одного дерева. Одна болотистая зыбь и тина. А вокруг лес, надо же…

Паниковать было некогда. Уже поджимало. Глядя на колосящуюся вокруг морошку, я решительно снял с ноги носок. Дальше действовал по наитию.