Стать дельфином

У него вызывали смех чинность и подчеркнутая степенность большинства старейшин университета, равно как и подобострастие некоторых особо прилежных студентов. Девушки, которых он видел в аудиториях альмы матер, казались ему неестественными целлулоидными куклами. Поэтому его опыт в определенном смысле был неполный. Даже перебиваясь с одной работы на другую в «Городе Ангелов», он умудрился сохранить свою отстранённость от лиц противоположного пола, и его опыт в этой области обогатился совсем незначительно. До того момента, пока он не повстречал свою Лайму.

Оба они казались бутонами пионов, задержавшихся в своем созревании, но распустившиеся вдруг и одновременно самым роскошным буйством цвета, аромата и нежной шелковистости лепестков – когда Судьба сблизила их друг с другом.

Ну хорошо, если вся эта картина стала отдавать приторной патокой, медово-коричными булочками и банановым ликером, – сочувствую. Но ничем не могу помочь. Потому что жизнь этих двоих человеческих существ действительно была в тот период полной идиллией.

А потом Судьба решила, что слишком долго баловала Джерри.

Глава 15

Все произошло быстро, словно проектор в кинозале сошел с ума и завертелся с бешенной скоростью, посылая на экран сумасшествие мелькающих кадров, доводящих зрителей до паники и головной боли.

Лайма заболела, ее лечили «от пневмонии» – с непродолжительным улучшением. А затем, как гром среди ясного неба, прозвучал диагноз. Когда врач-онколог сочувственно излагал Джерри ситуацию, тот слушал, как сквозь ватную пелену.

Он не понимал значения слов, застыв в ступоре, и в его голове почему-то вертелось лишь одно «ищи свет!».

Лайма «сгорела» в считанные месяцы. Она встретила свой приговор мужественно, Джерри впоследствии казалось, что даже с некоторым облегчением. Она готовилась к уходу по-хозяйски, как будто к рядовому запланированному мероприятию. Оставила ценные указания работникам, няне и всем, кто должен был сопровождать ее мужа и сына после ее ухода.

Перед тем, как заснуть навсегда, она долго ерошила кудрявые волосы Джерри и Айэна, лежа в постели с полуприкрытыми веками и мягкой полуулыбкой на лице.

И, прежде чем сделать последний вздох, она велела отослать сына из комнаты, а затем тихо прошептала мужу: «Я была счастлива с тобой. Это подарок…».

Джерри умер вместе с ней. По крайней мере лучшая и счастливейшая его часть. Он долго горько рыдал над ней, заснул на ее теле, а когда его разбудили и отвели в кабинет, это был уже другой Джерри.