Стихотворения

Хельсинки

Про собаку

Чуть римский зал где-то вблизи Просвета[28 - Имеется в виду один из огромных залов Эрмитажа, имеющих верхнее освещение.],

где спят пейзажи в летнем стиле Фета…[29 - Фет А. А. (1820 – 1892) – русский поэт и переводчик.]

Между полей, озер, садов и гроз

застыл печальный пес.

Когда б я был лихим искусствоведом,

и ремесла того секрет мне был бы ведом,

собаки грусть бы я связал

с теорией художества начал,

и с биографией художника (то Поттер[30 - Паулюс Поттер (1625 – 1654) – нидерландский художник.

порой печальной, а порой и беззаботной —

включил бы в текст эпохи суть —

всё объяснил бы как-нибудь.

Увы, я не знаток искусства кисти,

во мне лишь кто-то добрый виснет.

И потому меж фруктов, драк и роз

глядит мне в сердце грустный пёс.

Вдали таинственный таится город,

который взял реку за ворот

и заключил между мостов

в густые сети сан.

Свобода где-то за рекой…

Собаке машет как рукой

старуха-мельница. Рейсдаль[31 - Якоб Исаакс ван Рёйсдаль (1629 – 1682) – крупный нидерландский художник-пейзажист.]

вручил бы приз «за даль»

художнику печальных псов

(плюс стад хозяйских и быков).

Однако – нет. Здесь приз – «за грусть»,

пусть за собачью, пусть…

Но эта грусть в глуби предвечной

такая человечья.

Санкт-Петербург

Полночь

В безмолвия гуще купается слух,

как тело курортника в волнах,

и тянется к звёздам изменчивый дух,

очнувшись от тяжести дольней.

Молчит, недвижим, мой ночной океан,

качается сонная лодка…

Но всё же… Вглядись в этот чёрный экран:

Вселенная движется ходко.

Санкт-Петербург

* * *

Как хорошо, что ты не появился,

мой бедный стих. И я теперь свободен

от написания сатиры или оды —

всего того, чем разум соблазнился.

Рассвет над тихим озером не станет

ни темой, ни сюжетом и ни строчкой,

этапом моей службы беспорочной

безусому потомству в назиданье.

А жизнь глупца рассеется, как пепел,

над рядом человечьих поколений.

Иль пропадёт в туманности забвенья

подобно путнику, проглоченному степью.

Санкт-Петербург

«Кудрявый костёр шевелился в ночи…»

Кудрявый костёр шевелился в ночи,

приветствовал звёзды, как родственник,

глубоким поклоном. А складки парчи

небесной покрыли что простынью

леса заозёрные.