Мир в ладони

И других таких я глаз не знаю,

И тону в них, и уходит страх!

Я прошу: лишь дайте мне свободу,

Сохраните душу от потерь.

Я руки твоей коснусь – и слава Богу!

Ты со мной, ты рядышком теперь!

Ты – со мной, я слышу нить дыхания

И боюсь хоть что-то упустить!

Ты – со мной, и с нами два создания,

Те, что невозможно не любить!

Я прошу: будь счастлива ты с нами,

Каждым днем и мигом дорожи!

Нежно век твоих коснусь губами,

Ты – наша любовь и наша жизнь!

* * *

Состояние души – когда мне холодно…

И холодный снег с дождем совсем не в счет.

Просто я оставлен всеми – с поводом, без повода,

Так или иначе, задом наперед…

Разговаривать с самим собой не хочется,

Да и скучно это… собеседник я плохой!

А сосед…? Да что мне с ним морочиться?

Да и в делах душевных он «ни в зуб ногой».

Я пойду по переулкам, затеряюся,

Мне бы совесть там свою не потерять!

Мне б забыться, да, увы, не получается —

Ведь за все придется отвечать.

Быстрым шагом, полуперебежками

Разомну сегодня уличную грязь.

Жребии упали, да все – решками,

А орля, я заказал не в масть…

Вроде спето все, прожиты модуляции,

Пауза застыла… Дальше что?

Новый день, другие интонации,

Все как-то фальшиво, все не то…

Все на весе номинала вязано,

Все продажно за фальшивый грош.

Правда ежедневной ложью мазана,

Только Богу точно не солжешь.

Перед Ним как прах мы рассыпаемся,

Дни наши – быстрее челнока.

Нас несет… а мы все плыть пытаемся,

Наших жизней мутная река.

* * *

Вновь разукрашу окна в белый цвет,

Внесу в ночной минор немного лака

И нарисую сказку там, где ее нет,

И завернусь в нее, как в грязный плед бродяга.

Она осветит мой остывший мир,

Закатным заревом нечаянно согреет.

Любовь, одета в рваный кашемир,

Нашлась, жива еще, но тяжело болеет!

Я попытаюсь ее медленно поднять,

Достать ее из-под толпы бегущей.

Кровь вымыть, раны все перевязать,

И пусть останется в моей душе «живущей».

Меня прозренье больно озарит,

Ее искал я бесконечными годами!

Ее, святую, Бог всем нам дарит —

Любовь с пробитыми руками и ногами!

Она больна смертельно среди нас,

Ее уродуем мы, рвем, калечим!

Любим выплевывать обрывки фраз

И гордо врать умеем – о прекрасном, вечном!

… Не разукрашу окна в белый цвет…

Закончились все силы, кисти, краски.

За окнами остался мир где мира нет.