Возвращение домой

Когда трамвай останавливается, сын генерала, сделав нос, укатывает на коньках.

* * *

Генерал выходит из подъезда, натыкается на сына, который лихо подъехал на коньках ко входу, дает ему подзатыльник в шутку и идет к машине.

– Здравия желаю, товарищ генерал! – вытягивается шофер.

– Что это ты так официально?

– Мне велено вас больше не возить. Но я могу довести до трамвая.

– Дурной знак, дурной. Знаешь, что… подбрось-ка ты меня в виде исключения в одно место за городом.

– С превеликим удовольствием.

– Ты с кем теперь? – рассеянно спрашивает генерал, обозревая мелькающий пейзаж.

– С подлецом Григоровичем.

– Почему – с подлецом? Он порядочный человек.

– Для меня всякий начальник – подлец.

– И я в том числе.

– Вы исключение!

* * *

– Куда это мы заехали?

– Отъезжай на полчаса. Я тут поброжу в одиночестве. Мне нужно побыть одному.

Шкловский сходит с дороги на поляну, достает пистолет и несколько раз стреляет в разные стороны сквозь очертания веток в туман.

Оборачивается и видит корову.

– Прошу прощения за причиненное беспокойство, – расшаркивается он перед коровой с брезгливо-любопытным выражением на морде и выбрасывает пистолет в воду небольшого родника. – Ну, что ты на меня так смотришь? Сказала бы что-нибудь.

– Ку! – приседает генерал, расставляя в стороны руки.

– Му-у… – отвечает корова.

– Вот и поговорили.

Он отодвигает сосновую ветку, и за ней в тумане открывается вид на руины старинного здания. Он входит в них и идет по оставшемуся целым каменному полу, разбитому на ромбы.

На стенах – остатки изразцовых картин с сюжетами в стиле Сомова. Он поднимается по лестнице на второй этаж. Его рука скользит по изразцам.

* * *

«До революции там жил мой приемный отец, – рассказывает Шкловский Беате. – Я приводил тебя как-то туда».

«Да-да, припоминаю».

«Отправился я на работу, хотя знал, что не надо было идти. Надо было сразу в бега».

Уже одетый ныряльщик в офицерской форме без погон с вороном на плече подходит к костру.

«Лети, дорогой!» – отпускает он ворона.

«А-а…» – хочет сказать что-то Леночка, но осекается и молча ведет пальцем, прочерчивая траекторию полета. Присутствующие за костром аплодируют.

«Познакомьтесь, это Володя, – говорит Чезаров, представляя вылезшего из проруби человека. – Он мой охранник. Замечательно жарит шашлык из человечинки, па-ашутил, па-ашутил… из баранины! Леночка, не падайте в обморок. Володя займись барышней.