Маленькие рассказы о больших историях

Давай честно, ты не сможешь жить со мной, деревенской девкой, в своем кругу! Я не смогу быть московской, да и вообще городской, потому что вся жизнь моя другая. Мы все-таки чужие с тобой люди. А так, конечно, я очень бы хотела по жизни быть с тобой. Только не знаю где: ни в Москве, ни Гореловке! Может где-то в другом мире».

Последнее письмо было датировано неделю назад. Андрей на него не ответил. Потому что эти слова он говорил себе и сам. Но тоска и ощущение какой-то несправедливости не отступало! Стоя у окна, и глядя на засыпанную уже сентябрем московскую улицу, он написал ей об этом в своем телефоне.

написанное. Еще подумал, глядя с тоской в окно, нашел в записной книжке телефон Валентины и тоже стер.

Он, Она и одиночество

У меня был друг. Он говорил:

– Когда мы с женой ложимся в постель, нас ложиться трое:– я, она, и одиночество.

Нет, он любил свою жену. И она любила его. Но это были совершенно разные люди. Не было у них каких-то точек соприкосновения, кроме секса и бытовых вопросов.

Он был архитектор. Очень талантливый и даже немного известный. Его приглашали на разные художественные и творческие выставки, в разные страны. Первое время он брал с собой жену. За свой счет. Водил ее по архитектурным шедеврам. Она мило улыбалась на его реплики и комментарии, ждала своего часа, и, наконец, спрашивала:

– А когда мы пойдем в магазин?

Он много читал авангардной литературы. Она читала только любовные романы в копеечных изданиях.

Друг мой понял, что втягивал молодую жену в орбиту своих интересов. Общим у них оставался только страстный до изнеможения секс и бытовые вопросы.

Оставалось или разойтись, или жить так.

Друг решил жить так. Во-первых, он ее любил. Ну, бывает такое: человек тебе не подходит, но ты его любишь!

Во-вторых, почти каждый день был страстный секс – ну как после этого разойтись!

В-третьих, поговорить, пообщаться, можно было и с другими.

Постепенно каждый из них зажил своей собственной жизнью.

Потом у него появилась любовница. На пустом месте все равно ведь кто-нибудь заводится.

Любовница была умная, одного с ним уровня, красивая и также сексапильная.

Он рассказывал ей о своей жизни, о своих делах, обо всем, о чем он хотел с кем-нибудь поделиться.

Она его понимала. Реплики ее были умны, сочувственны и уместны. Но это так – для разговора.