Мемуары шпионской юности

Комната была пуста, и Жанны тоже не было, как не было его паспорта, и его бумажника, и кожаной куртки, которую он купил после ее увещеваний на Виа Монтелеоне за «лучше не вспоминать» и почему-то даже ручки («Паркер») … Кто такой Джо Конрад?

А еще он с грустью подумал, что, наверное, до конца жизни перед сексом будет проверять, не собрала ли женщина чемодан.

EIGHTEEN

Компромисс:

1. Леонид и Анна встречаются между 12:15 и 12:30 на площади Симона Боливара, мини-парк в пяти минутах ходьбы от посольства.

2. Опергруппа ФБР, действующая совместно с представителями других агентств под началом ЦРУ, будет развернута для проверки места перед встречей.

3. В случае попытки киднеппинга Леонида будет применена сила.

4. Леонид не будет пытаться изнасиловать Анну.

– А поконкретнее можно?

– Ты не будешь хватать ее или насильно держать ее физическим образом. И сотри эту идиотскую ухмылку с лица.

5. После контакта Леонид прошествует пешком к вокзалу Union Station и сядет на поезд, идущий в Нью-Йорк.

Опергруппа попытается установить, ведется ли за ним слежка.

6. Леонид оплатит бутерброды и напитки из собственного кармана без ожидания компенсации.

На последнем пункте я настоял лично.

JC кивнул одобрительно:

– Наши бухгалтеры полюбят тебя. Далеко пойдешь.

Затем добавил:

– Независимо от того, обнаружим мы советский хвост или нет, мы обязаны вести себя так, как будто он есть. Ты понимаешь?

– Что тут не понять. То есть мы не можем встречаться вот так, как сейчас.

JC дал мне список потенциальных мест встречи с кодами и инструкциями для входа.

Вдох-выдох. Вроде как все по-настоящему. Наконец-то я играю в Лиге «А».

NINETEEN

Я обозначил день встречи с Аней как V-Day; JC поморщился. Подумаешь, святое оскорбил, как будто у него вся семья, включая тетю Цилю, в Нормандии высаживалась. Трясся я, как кленовый лист – да нет, как целый клен, целый лес, целая Канада трясущихся кленов.

Завтрак был прост и функционален: яйцо в мешочке, тост из хлеба с грецкими орехами («Чего только не придумают, – подумал я, – чтобы лишнюю буханку продать!»), кофе со сливками.

Чистый английский лорд. Хотя в отсутствие верного дворецкого кофе я сделал сам и поставил посуду в раковину. За кофе открыл «Вашингтон пост». Никсон неудержимо катился вниз. Ясное дело, раз показал слабину, демы будут дожимать, какие компромиссы в политике. Но в целом для меня это ничего не значило.