Жизнь в рифму…

Я же увяз в твоей, осень, картине:

Будто в тумане, и выхода нет…

Лету

Пожелтевшие пряди берёзы,

Ягод красной рябины огни…

Где ж вы тёплые, летние грозы?

Где ж вы знойные, жаркие дни?

Не успел снова я насладиться

Твоей сочной, зелёною травой,

Пряным запахом спелой пшеницы,

Ни цветочных полей красотой.

Как же быстро забыл я про море -

Иссиня-берюзовую гладь,

Крики чаек, вечерние зори

И вселенскую ту благодать,

Что даёшь мне – недолгое лето,

С ароматами ягод лесных,

И со сном приходящим с рассветом,

После долгих прогулок ночных.

Как же жаль мне с тобой расставаться,

Как же тошно в объятьях другой,

И зажмурившись с ней целоваться,

Представляя, что снова с тобой.

Пусть и сладкие осени губы

И объятья, как будто нежны,

Но, чем дальше, становятся грубы,

Поцелуи, как лёд – холодны.

А потом в океане безбрежном,

В белой дремлющих чувств пустоте,

Во дворце у царевны у снежной

Будет сердце стонать по тебе,

До тех пор пока солнце не взглянет

На замёрзшую душу мою

И она, как и прежде, оттает

Выбрав всю от весны теплоту.

Хоть и рад я капели весёлой,

Но слова мои, веришь, честны.

Не терплю я порою, тяжёлый,

Переменчивый норов весны.

Потому и её мне объятья,

Да и приторный вкус её уст,

Наваждением мнятся – проклятьем,

Как порыв быстро гаснущих чувств.

Ты на будущий год поскорее

Возвращайся, недолгое, вновь,

С тобой жизнь будет снова светлее,

Горячее и жарче любовь…

Закат вечерний располовинил небо…

Закат вечерний располовинил небо.

Усталый день готовится ко сну.

Уходит явь – её сменяет небыль.

Ночь тянет в высь червонную луну.

Кровавый лик её становится бледнее,

А взгляд печален – впрочем, как всегда.

Средь ярких звёзд горит она светлее,

Но всё-ж звездой не стать ей никогда.

Какой уж век гоняется по кругу,

За солнцем вслед с одною лишь мечтой:

Догнать скорей далёкую подругу

И хоть на миг закрыть её собой.

Вот так и мы – песчинки в звёздном море:

Одни горят, другие закрывают свет,

Кому-то, как своё – всегда чужое горе,

А кто-то рад, что дом спалил сосед…

Не тяжек крест, но тяжки муки…

Не тяжек крест, но тяжки муки,

Венец терновый режет плоть,

И прогремел грозой Господь

От молотка услышав стуки.

В тревожный миг слепцы прозрев,

Покорно ждали божий гнев.