Следователь по случаю

Издавая жалобные, сиплые и совершенно бесполезные крики, парни бросились в том направлении, куда ехал автомобиль.

Размахивая фонарями, они, ошалелые, вылетели на дорогу, едва опередив старенькую копейку. Парни готовы были броситься на капот авто, если водитель вдруг не захочет останавливаться. Но автомобиль тут же затормозил.

Парни были вне себя от счастья. Тихон, пытался улыбнуться совершенно замерзшими щеками. Он открыл переднюю дверь, и из кабины повеяло теплом и сигаретным дымом вперемешку с персиковым освежителем.

– Нам очень нужна помощь!

***

– Конечно в Ташкенте нет таких метелей! – соглашался казах средних лет, который, как оказалось, был акимом поселка Старошахтенский, который заприметили парни. Калдырбек Каудыров был общительным мужчиной лет под шестьдесят. При этом в его густых черных волосах только начала появляться седина. – Тут у нас бывает по целым неделям проезда нет! Дай бог, если магистрали почистят. А проселок кому нужен? Вот выходит и ждем, этой, оттепели. Так что вам повезло.

Я сам со свадьбы возвращаюсь. Брат двоюродный женил сына там, своего одного брата. Ох, отлично провели! Давно я так крепко не напивался! – он улыбнулся сам себе и закурил.

Парни начинали отогреваться. Замерзшие ноги сильно болели, но зато угроза замерзнуть в этой дыре насмерть исчезла. К тому же Калдырбек обещал обогреть и накормить «бедолаг». Он несколько часов ехал в одиночестве и теперь говорил не замолкая.

– Это вам повезло, что я ехал. Так бы фиг дошли. До поселка километров семь будет отсюда.

Или восемь. Это кажется, что недалеко. Я вот смотрю, как бы бензина хватило. Еду со второй на третью. Весь бензин сожрала! А пешком – труба!

Тут же у нас раньше какой поселок был! Уголь вагонами отгружали. Деньги живые, снабжение в советское время специальное. Мы никогда впроголодь не сидели. А потом все! – он крепко и незлобно выругался.

– Союз распался? – для вежливости спросил Тихон.

– Да не, шахту выработали. Поселок сразу стержень свой потерял. Единственный источник дохода.

Короче люди поехали сразу кто куда. Теперь вот остались те, кому ехать некуда, да пенсионеры. На пособие живут все. И я тут главный! – он снова улыбнулся. Аким говорил очень быстро, то и дело, словно поэт, переставляя ударения в словах.

– Я бывал в Ташкенте. После института ездил. Это год семьдесят восьмой был. Ох, там я с одной Лолой познакомился! Даже остаться хотел. А потом думаю – зачем? Потом в девяносто третьем ездил на свадьбу. Брат один сына женил тоже.