В подарок – смерть

Она говорила, что если у них начнётся разлад, как у Мостовых, они приедут сюда, выкопают капсулу и вспомнят, как много их объединяет, сколько хороших моментов было в их жизни.

Направляясь из парка домой, Тони как раз намеревался перерыть старые альбомы, найти какие-нибудь документы вроде трудовой книжки или диплома, или похвальной грамоты с работы, чтобы оживить воспоминания того периода в их жизни.

Был четвёртый час ночи, Буллит на пустынной трассе разогнался до 170 километров. Ощущение бешеной скорости, которое он давно не испытывал, помогло эмоциональной разгрузке.

Мысли стали идти ровнее, и Тони смог подумать о сложившейся ситуации. Если Трубочист этот добыл информацию, то она давно уже у заказчика. Такой профессионал не станет медлить. Он постарается быстрее выполнить заказ, чтобы получить деньги и убраться восвояси. Значит, в принципе искать его уже не имеет смысла.

Но в таком случае, что бы так кипятились его утренние гости, если бы он передал им инфу? Зачем им Тони, если они сразу держали его за лоха? Выходит, что информацию они не получили.

А это значит, что-либо Трубочист был не их человеком, а какой-то третьей стороны, либо он выкрал информацию, но решил найти того, кто заплатит подороже. Тем более, что лысый садист утверждал, что ни тысячи, ни миллионы тут не имеют значения. Выходит, стоимость разработки идёт на миллиарды. В любом случае самым лучшим вариантом в этой войне корпораций был побег. Жизнь человека в этой схватке стоила ничтожно мало. И чем дальше Тони уезжал от города, тем больше он в этом убеждался.

Он подкатил по знакомой дорожке к домику, припарковался, перемахнул через низенький заборчик и зашагал к небольшому одноэтажному строению. Нужно было убедиться, что внутри никого нет. Ведь Гриша вполне мог и продать свою «фазенду». В доме было темно и тихо. Тони подошёл к деревянному крыльцу, присел, снял одну из досок, сунул руку вовнутрь и на крохотном гвоздике нашёл ключи, все оплетённые старой пыльной паутиной.

Всё было нормально.

Убрав машину с глаз долой за сарай, он набросил на неё какой-то лист брезента, а сам направился в дом. Внутри практически ничего не изменилось. Даже газеты на полке в комнате лежали всё те же – семилетней давности.

Правда осматриваться Тони не хотелось и ждать рассвета – тоже. Он скинул куртку и дорогие длинноносые туфли, надел резиновый сапоги, что стояли чистенькие в прихожей, и пошёл искать лопату.