Мне бы в небо. Часть 3. Там, где нас не догонит ветер

Мне нужно было срочно поговорить с Гаем, даже если этот разговор будет самым тяжелым в моей жизни. По крайней мере, я буду знать, что он цел и невредим.

На следующее утро я поговорила с Валери, от Гая по-прежнему не было никаких вестей. После разговора у меня начали дрожать руки, сердце беспокойно забилось. Я уже не надеялась, что он ответит на мой звонок, но все равно набрала его номер. Гудки… трудно передать, что я испытывала в тот момент. Мне казалось, что я упаду в обморок, если сейчас в трубке прозвучит его голос.

Он ответил. Молчанием.

Я слышала его дыхание… Осознавала, что мне нужно говорить. Но я забыла все слова, забыла свой голос…

– Я слушаю. – Сказал он спокойно.

Но сколько боли было в этом спокойствии! Я зажмурила глаза и попыталась произнести его имя, но ни звука… я потеряла дар речи. Его дыхание стало раздраженным, учащенным. Я все ждала, когда он прервет связь…

– Так и будешь молчать?

– Да. – Это было сказано так слабо, так тихо. Но он услышал.

– А зачем позвонила?

– Поговорить…

– Говори.

Каждое его слово резко обрывалось. Словно он заранее заучил эти реплики, говорил без каких-либо чувств, сухо и совершенно безразлично. «Он меня больше не любит… ни капли» – подумала я.

– Не знаю, с чего начать… нам надо встретиться.

– Ты уже в городе?

– Нет. Но сегодня возвращаюсь.

– Хорошо. Я напишу, когда буду свободен.

– Ты ведь не напишешь… – вздохнув, сказала я.

– Мне тоже нужно поговорить с тобой.

Напишу.

– Тогда… я буду ждать.

– До встречи.

– Гай, – я задержала его еще на какое-то время, – знаю, ты слишком зол… и… я хочу сказать, что жалею. Это ошибка… Я… Если бы ты смог понять меня. Ты должен знать, что я не способна на такое. Должен понять причину… Гай… Прости. – В конце сказала я, заплакав.

Снова раздались гудки.

Я собирала свои вещи, и мне на глаза попался билет на поезд. Я взяла его в руки и села на кровать возле окна. Я полюбила этот вид на море с того момента, как оказалась первый раз в доме родителей.

Гостевая комната теперь стала моей, мама даже повесила на стене мои фотографии в белых деревянных рамках. Здесь я чувствовала себя намного уютнее, чем в городе. Может, потому что становилась ребенком… жила как раньше, с мамой и папой, окруженная заботой.

И я снова подумала о том, что могла бы переехать сюда… Расстаться с работой, с несколькими приятелями, с городом. Все это мне было по силам.