Формирователи

Такой же сутулый, шоркая ногами, он двигался навстречу мне по своим делам, не обращая внимания на гарцующую публику. Увидев меня, он молча протянул безвольную руки и даже не попытался ее сжать, лишь дождавшись, когда я сожму ее, также безвольно опустил ее, и она плетью шлепнула его по ноге. Вид у него был удручающий, но я бы удивился, если бы увидел его впервые в таком состоянии. Такой наружности он был всегда, когда его только можно было увидеть. Поздоровавшись с Кешей, который неизменно натирал бокалы до блеска, я прошагал к винтовой лестнице, чтобы пройти на второй этаж.

На верху, несмотря на то, что летом второй этаж либо не работал, либо туда просто не охотно шли из-за того, что веселиться на свежем воздухе всегда приятнее, если позволяет погода, а она сейчас самая что ни на есть подходящая, было полным-полно народа. И даже те, кому не хватило места и у барных стоек, просто стояли с напитками в руках и болтали в компаниях. Либо пританцовывали под клубные хиты прошлого года недалеко от барной стойки. Проходя мимо столов, я завернул к подсобке, где в настоящий момент никого не было, по всей видимости от того, что заказов было очень много. Закрыв за собой дверь, я скинул с себя рюкзак и достал рубашку и брюки, включил утюг и пододвинул к себе гладильную доску. Идея приходить сюда в пляжном наряде, принося темные брюки, черные кожаные туфли и хлопковую классическую рубашку с собой, посетила меня сравнительно недавно. А точнее в конец прошлой смены, когда я добрался домой мокрый насквозь и с горящими от жары ногами. И как я раньше не догадался? Может быть потому что в моем собственном распоряжении на работе не имелось гладильной доски и утюга, а может и потому, что никто не сказал, что так можно. Военные привычки не выветрились – делать все по команде, и, по всей видимости, не выветрятся еще скоро. Звук щелчка на утюге означал, что агрегат для исправления текстильных неровностей готов к работе. Растянув белую рубашку вдоль доски, я начал водить по ней разогретым устройством, наблюдая как складки, одна за другой, исчезают под давлением горячего прибора. Воротник, рукава, манжеты. Удовлетворившись гладкостью материала, я переложил рубашку на кресло и взялся за брюки. Вот с ними у меня всегда были проблемы. Стрелки. Я прекрасно знал, что это такое и яснее ясного понимал, как их делать.