Год Майских Жуков

– Давай сынок, у нас не так много времени, выбери марки, и мы пойдём…

– Ну, что вы… Прошу вас, не торопитесь. – Миха откашлялся. – Марки требуют обстоятельности, это же погружение в иную реальность, праздник души… Сию секунду, Марк, я дам вам пинцет и лупу.

– Пинцет я уже держу, – сердито отрезал Марик.

– Да-да, конечно, простите мою неуклюжесть. Ко мне редко заходят гости. – Он пятернёй два раза взрыхлил ёжик волос и бросил рассеянный взгляд в пространство. – А лупы у меня, собственно, нет. Была, но я её зачем-то променял на вон тот ключик.

 – И он качнул головой в сторону стены, на которой висел фигурный ключ непонятного назначения.

У мамы явно портилось настроение. Марик видел, как её мимика меняется на глазах. Она чуть покусывала верхнюю губу, морщила носик, но при этом пару раз успела бросить на Миху удивлённый взгляд, в котором причудливым образом раздражение соперничало с любопытством.

Миха снял с руки полотенце, аккуратно его сложил и также аккуратно положил на сундук. Он помедлил, глядя то на Марика, то на маму, словно раздумывал, какой новой неожиданностью заполнить паузу.

– Я хотел бы угостить вас чаем, это особенный…

– Нет-нет. Я не пью чай! – Довольно резко сказала мама, но увидела его огорчённое лицо с печальными глазами, поняла, что немножко перегнула, выплеснув на дворника своё раздражение. И она сказала уже помягче:

– Мы ведь ненадолго. Не затрудняйте себя.

– Фаина, – вдруг произнес Миха, и её имя прозвучало с такой неуловимой нежностью и напевностью, что мама чуть приоткрыла рот от удивления.

А Миха сложил лодочкой ладони, чем-то сразу напомнив святого аскета с картин Эль Греко, и заговорил без всякого актёрства, тихим, убеждающим голосом:

– Вы такого чая никогда больше не попробуете. Это уникальный чай. И есть ещё нечто, что придаст ему смутное ощущение утраченного времени… У меня от одного старого сервиза сохранились великолепная чашка и блюдце. Поверьте мне, вы не пожалеете.

Марик немножко оживился, радуясь, что Миха вошёл в свою нормальную роль, и энергично закивал головой:

– Мам, ты должна обязательно попробовать.

Миха положил руку на грудь и поддакнул Марику:

– Попробуйте, пани Фанни…

Мама сделала большие глаза, Марик расхохотался. Миха, не зная, как исправить свой ляпсус, выдавил кривую улыбку, опять нелепо развёл руками и пробормотал:

– Ну вот, хотел к вам обратиться по-французски, а получилось….

Марик увидел, что у мамы в глазах прыгают чёртики, и она очень хочет засмеяться.