Можно просто Этери. Дружба, смерть и конный спорт на окраинах Сибири

У выхода на улицу стояли Ольга Николаевна и директор нашей конюшни, Марина Станиславовна. От их диалога – явно на повышенных тонах – до нас долетали следующие обрывки:

– Я не для того выбиваю финансирование у Бушуева, чтобы они позорили меня на весь регион! – этот голос принадлежал директрисе.

– Да никто нас не позорил, это рабочий момент! – возражала ей Ольга Николаевна.

Этерина пробормотала себе под нос что-то вроде «позорила…», ещё больше нахмурилась и решительным маршем отправилась к выходу.

Мы не могли оставить её одну на растерзание тренера и директора и посеменили за ней, усиленно притворяясь немыми. Кидаться за неё на амбразуру нам не очень-то хотелось, хоть нам обеим и стыдно было в этом признаться.

– Некомпетентные всадники не должны занимать место на талантливых лошадях, и ты, Оля, должна это понимать лучше меня!

– Одна ошибка ещё не говорит о том, что всадник некомпетентный!

– А что об этом, по-твоему, говорит? Ты вообще представляешь, что будет, если у нас упадут рейтинги в FEI? На какие шиши я тогда вас всех буду содержать?

– Да кто сказал, что они упадут? Девочка новенькая, да, у неё плохая школа, но мы переучим, в этом нет никакой проблемы! Она же даже месяца с нами не занимается!

– Вот именно, она у нас меньше месяца! А ты её взяла – под свою, позволь тебе напомнить, ответственность – на чемпионат округа! На Даре! Может, мне её снять с завтрашнего маршрута, пока не поздно? Пока у нас есть ещё хоть какие-то рейтинги?

– Марин, мы же обе с тобой видели, что девочка талантливая, что ей не хватает только техники, что она нашла подход к коню…

– Да у неё одно издевательство, а не подход! Посмотрим, как ей бы понравилось, если бы её так колотили!

– А вы попробуйте, – звонко сказала Этерина, вдруг оказавшись прямо за спинами взрослых.

Мы с Алёной, растерявшись от неловкости, околачивались за ней.

Марина Станиславовна дрогнула и обернулась на нас, окатив Этери недружелюбным взглядом.

– Мы с тобой, Витальченко, потом поговорим…

– Нет, Марина Станиславовна, мы поговорим сейчас, – я слышала, как дёргался голос Этери.

Ну все. Сейчас её прорвёт.

– Мы поговорим сейчас, и вот, что я вам скажу. Да, у меня не такая техника, как у ваших сопливых девчонок. Да, я жёстко обращаюсь с лошадью – но не жёстче, чем любой выездковый спортсмен. Не жёстче, чем положено.

Ольга Николаевна, оторопев, видимо, от наглости и фамильярности, смотрела на неё исподлобья.