История на грани non-fiction

Если она ушла, то ты всё сделала правильно, и не смей думать иначе. Но и не бойся, если так будет не каждый раз. Порой на то, чтобы «камера» освободилась, нужно время. Порой тебе придётся уходить, оставляя их, свои тени, растерянными и задумчивыми. Главное, говори всё, что хочешь сказать, а когда почувствуешь, что добавить больше нечего, уходи и не оглядывайся – подсознание всё доделает за тебя. Договорились?

Я киваю, утирая слёзы.

– Ну, вот отлично. А теперь пойдём добудем кофе и чего-нибудь вкусного.

СЕАНС ВТОРОЙ

В первый момент коридор, как и в прошлый раз, кажется совершенно тёмным, но затем я различаю тусклый свет под одной из дверей.

– Нашла, – шепчу я.

– Иди, – отвечает мне Рита.

Ёе голос звучит так, словно я под водой, но на сей раз мне почти не страшно быть здесь одной. Я открываю дверь и замираю на пороге, в тот же миг поняв, куда именно попала.

Шестилетняя я настолько мала, что умещается под высоким стулом, стоящим у двери в комнату.

Её глаза сухи, на щеках нет ни следа слёз, но я точно знаю, ЧТО гложет её изнутри. Это – моё первое чувство вины. Настоящей и настолько глубокой, что заглушить его не может даже удивление. Точнее, никакого удивления нет и в помине – малышка смотрит на меня с тоской и… так, будто заранее смирились с любым наказанием.

– Если Вы к маме пришли, то зря. Она спит и не будет разговаривать. Даже с крёстной не стала, – произносит девочка, вновь утыкаясь в согнутые колени.

Под стулом слишком тесно, и потому она полулежит, свернувшись калачиком.

– Знаю, – отвечаю я тихо, садясь на пол рядом со стулом. – Только мама не спит. Она лежит и молчит уже сколько? Дней пять?

– С прошлой субботы, почти неделю, – звучит в ответ приглушённо. – Она даже на работу не пошла. Сказала, что болеет. И всё из-за меня…

– Ты здесь не причём.

– Ещё как причём! – прошлая я поднимает голову, почти кричит, с явным трудом сдерживая подступившие слёзы.

 – Если бы я не болела, он бы…

– Хватит. Он и сам не самый здоровый. Ты же видела, как у него дрожат руки, как он хромает и как у него болит спина.

– Мама сказала, это называется «контузия» и велела мне не пялиться, иначе я получу. А контузия – это не болезнь, это такая травма. Как если с дерева упадёшь, только намного сильнее. Так крёстная сказала.

– Да, не болезнь. Но он всё равно не здоров. И ушёл он не потому, что ты не здорова тоже.