Внутри

И слёзы налипнут на тонкие веки,

Слегка пробежав, потекут по щеке.

Один я остался. И некого рядом.

И где вся та радость? Вроде, нигде.

Уляжется солнце в постель горизонта,

С бетона я своего поднимусь.

И будто бы не было этих несчастий,

В крупинку я вновь обратно сожмусь.

Непонятное

Понимаете, паршиво..

И внутри так тяжело.

Непонятно что такое

Забежало, затекло.

Так во мне разжалось больно,

Словно в водной ровноте

Пролетел корабль моторный,

Шум сменяя тишине.

И теперь мне страшно думать,

Страшно действовать и ждать.

Странно мне от каждой мысли.

Будто хочет кто отнять

Моё время, моё счастье,

Мои чувства и стихи.

Близко я не подпускаю.

А кого? Ведь я один..

Так давно не чувствовал

Я тепло внутри.

Охладели мысли

Без радости, любви.

Не было улыбки

Искренной, как стих,

Не было, давно ли,

На губах моих.

Погода

Там вдалеке закат на исходе.

Ночью так слышно капли дождя,

И как погружалось в ночном небосводе

Солнце, так быстро влюбляя в себя.

Солнце ложилось в часть белого пуха,

Сквозь ливень свои рассыпая лучи.

Оно попрощалось и кануло в муку.

Прощай, прощай до грядущей зари.

Так быстро здесь сумерки.

Каждый миг где-то в чернеющей туче жезл проблеснёт.

А дождь ведь всё льёт, так и хлещет в пакеты,

Которыми нежно укрыт горизонт.

Вокруг темнота, лишь немного фонарик

Чуть освещает вечернюю мглу.

Быть может кого-то и напугает,

Но не меня, ведь я так живу.

Каждый день солнце ныряет в потёмки,

И я лишь один в густой темноте.

Быть может, не вылез из одеяла,

А солнца и не было вовсе нигде.

Может быть всё что внутри – это жезлы,

А может, всё что внутри – это тень.

Взрываются молнии, падают брызги,

Прощается солнце в каждый мой день…

Когда-то недавно забыл, что такое

Нежный, спокойный, радостный день.

Теперь в вечной ночи так тяжко мотает,

И не кончается изо дня в день.

Беспомощность

Моя беспомощность в судорогах боли,

Кричащих, гремящих на всю пустоту.

Она в тех угрозах и дикой неволе,

Что так заломала мне руки в беду.

Моя беспомощность в извинениях частых.

В слезах по ночам, и в той темноте,

В которой повсюду грохочут осколки,

Ломают тебя в твоей же семье.

Я так же беспомощен, как кусок шерсти.

Со мной что угодно можно слепить.