Две повести

 – Ну, рассказывайте, что у кого за день случилось! Ты можешь не рассказывать! – махнул я рукой в сторону сына. – Я уже знаю. Молодец!

– Молодец – это как? – вскинула на меня удивленные глаза жена.

– Молодец – это значит, молодец! Это значит, что действовал правильно! – положил я руку сыну на плечо и, в подтверждение, слегка пристукнул кулаком другой руки по столу.

– Да ты что, с ума сошел?! Ты чему ребенка учишь?! – всплеснула руками жена. – В школе драться – молодец?!

– Молодец, – сурово сведя брови, подтвердил я.

 – Молодец у нас сын. Вступился за честное имя семьи.

– Ты с ума сошел, – прошептала жена.

– Отнюдь, – сказал я, наливая себе водки.

– Хватит лакать! – спохватилась жена. – Ты что, напиться решил?

– Точно, – подтвердил я.

– Ты что, дурак?

– Вот, – сказал я, – вот… И пацан этот Андрюхин то же самое сказал.

– Какой пацан? Кто сказал? Что сказал? Что вы выдумываете? – заломила руки жена.

– Да Володька! – не выдержал Андрюха.

– Какой еще Володька?

– Да Иванов! Ты его не знаешь! Он у нас недавно! – втолковывал ей Андрюха.

– Да что он, в конце концов, сказал, ваш Иванов?

Моя любимая дочка Света сидела, вжавшись в спинку стула и провожая взглядом порхающие туда-сюда слова.

– Он сказал, что папа – дурак! – выпалил Андрюха, даже не пытаясь смягчить приговор.

У моей любимой дочки Светы сам собой открылся рот, и она испуганно на меня взглянула.

– Ну и правильно сказал! – выкрикнула жена, но тут же спохватилась. – Как – дурак? Кто дурак? Папа – дурак? А кто он такой – твой Иванов, чтобы такие слова про папу говорить?!

– Да никто.

Сын антиквара Иванова в пальто. И хватит об этом. Что мы все про Иванова, да про Иванова. Других тем нет, что ли? – подвел я итог, оставляя каждого при своем мнении.

– Нет, ну это тогда безобразие!.. – торопилась исправить оплошность жена.

– Все, хватит, – внушительно сказал я, уставившись на жену. – Не хочу больше слышать про Ивановых. Ни про Петровых, ни про Сидоровых.

Ясно?

– Ясно, – вдруг покорно согласилась жена.

– Вот за это и выпьем, – пожелал я и затолкал в себя очередную порцию водки.

Жена как-то странно посмотрела на меня, а потом вдруг спросила у Андрюхи:

– А что, этот Иванов у вас давно?

– Нет, недавно! Две недели назад! – охотно сообщил сын.

– И кто его отец?

– Да антиквар какой-то! Шмотками старыми торгует! – радостно поделился Андрюха.

– Странно, – сказала жена и снова посмотрела на меня.