Кулон месье Лангле

– Если хотите, чтобы с ними ничего не случилось, сможете, – жестко сказал голос.

– Я требую гарантий безопасности детям и своим близким, не нужно больше им угрожать, – мне пришлось выровнять дыхание, прежде чем я выдвинула требование.

– Мария Владимировна, – снова раздался короткий резкий скрип, – требовать будем мы, а вы будете выполнять. Вы и будете служить гарантом их безопасности. Все зависит именно от вас.

– Хорошо, – тихо сказала я, у меня как будто внезапно выкачали все силы. Я чувствовала только опустошение.

Даже отчаяния, страха, боли не было.

– 22 июня 2019 года в 10 утра мы сообщим место, где вы передадите нам кулон. Все, разговор окончен, – и в трубке у меня раздались несколько коротких гудков и наступила тишина.

– Они все знают, даже дату. Они знают даже больше меня. – Я продолжала сидеть на диване, бессильно свесив руки. Телефон с тихим стуком выпал из моих рук на пол.

С трудом встав, я подошла к выключателю, погасила свет и в темноте вернулась на диван, чуть не наступив на телефон.

Я легла на диван, поджав под себя ноги, натянула на плечи плед и уснула.

19

– Как у тебя здесь интересно, – я ходила по светлой и просторной мастерской Анны и рассматривала ее.

Студия располагалась в одном из бывших доходных домов в районе Пески, на мансардном этаже, и что самое удивительное, обилие естественного света архитектор обеспечил ленточным остеклением, нетипичным для того времени. Металлические рамы тянулись почти во всю длину помещения.

Более того, под потолком на противоположной стене были сделаны дополнительные окошки.

– Мне с ней повезло. – Анна в клетчатой просторной рубашке, заляпанной краской, тряпочкой с раствором очищала кисти.

Ее руки тоже были в краске. Кое-где пигмент въелся в кожу так, что уже не отмывался. Очки Анны, на сей раз с зеленой оправой, снова были подняты на лоб.

– Я только вернулась из Нью-Йорка, а друг искал арендатора, – и кончиком кисти она почесала нос. – У него дед-скульптор умер, оставил мастерскую ему.

А друг решил уехать на год в Ришикеш, пожить в ашраме и постичь дзен, – засмеялась Анна, – я, можно сказать, урвала эту студию практически даром. Денег после Нью-Йорка мне как раз хватило, чтобы заплатить за полгода вперед. Это и сыграло в мою пользу, а так желающих было достаточно.

– В этом доме только твоя мастерская или есть еще? – заинтересовалась я, забыв, по какому поводу я пришла к Ане прямо в студию.

– Только моя.