Уля умерла

А любила ли я его?

Глава 6

Я изменяла Диме десятки раз. Правда, только мысленно и никогда в реальной жизни. Но в конце концов, именно это и заставило меня засомневаться в собственной любви. Было у меня когда-то такое убеждение: любишь – люби полностью, без остатка, со всей страстью и полным принятием. Не любишь или сомневаешься – до свидания. Ведь если разлюбил, то стоит задуматься: а любил ли ты вообще? Моя юношеская теория была логична и ничего не могло её пошатнуть. Ничего, кроме собственного брака.

Затем появился Дима, который моментально обрубил мою прошлую жизнь со старыми привычками, представлениями о нормальной жизни, тусовками и знакомыми.

Я поворчала и утихла. Ревнует – значит, любит. Дальше – свадьба, первые совместные поездки и знакомства с родными, пылкие разговоры, ночи любви. Мир вокруг был окрашен надеждой, смыслом, экстазом нового. Дима, тогда еще мой свежеиспеченный муж, под яркими звездами и бесконечным небом шептал ночью: я не выношу измен, не перевариваю. Я заверяла его: «Никогда!», и он целовал так, что перехватывало дыхание.

Через год после свадьбы появились Матюша с Андрюшей, и Дима стал сутками пропадать на работе. Иногда мне казалось, что он уезжает на вызов коллег, даже когда в этом нет особой необходимости – просто чтобы не находиться дома. Дома почти круглосуточно стоял детский плач, пахло молоком, детским порошком и мочой. Я вертелась между двумя орущими ртами, кухней и стиральной машиной. Дима возвращался ближе к полуночи, и нужно было обхаживать еще и его – выслушать, пожалеть, накормить.

При этом он не часто спрашивал, ела ли я сама что-нибудь за день. О страсти и любви говорить было как-то некогда.

Матюше с Андрюшей исполнился год, когда мы всей семьей поехали в гости к бабушке, Диминой маме, которая жила в маленьком поселке в Тверской области. В отпуске я надеялась немного отдохнуть от детей, восполнить пробелы нашей семейной жизни. Но все родные, сделав традиционные утренние «ути-пути» и уверив меня, что внуки похожи исключительно на папу, убегали каждый день по своим делам.

Сначала я расстраивалась, но потом выдохнула – ведь это семейный отпуск, и мы должны провести его своей семьей. Мой оптимизм разрушил Дима, потому что при любом случае он старался улизнуть к друзьям, как дома – на работу. Понимая, что он не виделся с друзьями пару лет из-за меня и детей, я, конечно, отпускала его. Но, оставаясь одна, кормила слезами подушку.

В тот раз я впервые заговорила о разводе.