Божественная трагедия. Ад-Н-Граунд

Вошел в вагон. Вот место – еду, еду,

33

Меняю ветку, путь, проводника.

И личности моей с моей беседа

Меня сморила в сон как дважды два.

36

Мой сон прервал приятный голос женский,

Сказав, что я уже достиг конца.

Щелчок дверей, как будто двери в детство,

39

Закрыл собою с ловкостью ловца.

Теперь я пленник пустоты вагона,

Как водится, невольник без вины…

42

Где суд присяжных?

Строки приговора?

Вот так нас судят собственные сны!

45

Но поезд тронулся, как ледоход на Каме,

И потащил след моего лица,

Размазанного по стеклу, как камень.

48

Песочные создания Творца

На пляже рвет. С прибоем целью схожий –

Так и меня сглотнуло жерло тьмы.

51

И пассажир любой

или прохожий –

Без света даже белые черны!

54

Свет потускнел, и я себе представил,

Что мой вагон – первоисточник зла!

Создав в противоречие правил,

57

Срывая плод, который не смогла

Сорвать Лилит, но сорвала Вторая!

И сок познанья, кровью по губам,

60

Тёк, красным цветом озаряя знамя,

Которое понёс с собой Адам,

Эдем покинув.

63

А я в вагоне-яблоке, как червь!

Точу его нутро, съедая жгучую,

Железом пахнущую, мякоть без помех.

66

Я вскинул голову, скрываясь от видений –

Вагон был пуст и мерно шел сквозь ночь.

А от колесно-рельсных столкновений

69

В мучениях рождалась искра-дочь.

Я ждал, познанием в пружину сжатый,

За станцией конечной лишь ДЕПО!

72

Выходит, там лишь вагоновожатый,

Покинув место кресла своего.

А значит, не откроются случайно

75

Вагонов двери, выпустив меня,

Как будто неразгаданную тайну,

Храня её для будущего дня.

78

Но поезд шёл. Скрип тормозов не слышен.

Я насчитал две тысячи секунд!

А может, больше… Всё же никудышен

81

Как математик я. Мне сложен этот труд.

Но вдруг в вагоне будто стало тесно!

Я огляделся – пусто – никого.

84

А подо мною пол обрел телесность,

И я застыл, боясь сойти с него.

А он, как патока, менял черты и форму,

87

И вот уж подо мной огромный змей –

Он морду развернул, и я, покорный,

Сошел с него. И тысяча теней

90

Его метнулись, мне цепляясь в тело,

Как будто намечая цель броска.

Замком дверей моё спасение тлело:

93

«Оставь надежду!» – билось у виска.