Сегидилья

На одной из них он узнал экипаж брата Никодима. Снимок был сделан перед полетом на Марс, в полном составе, в космических скафандрах, ребята предстали ему улыбающимися, не ведающими еще, какие нечеловеческие испытания выпадут на их долю. Страна до сих пор не удосужилась рассказать правду об этой исторической экспедиции. Да и неизвестно, сподобится ли вообще, когда-либо рассекретить столь грандиозный фантастический проект. Ступеньки лестницы тонко скрипнули, Саня поднялся в комнату, неся в руках тарелки с нарезанными солеными огурчиками и толстыми шматами деревенского сала.

– Наливай радушный хозяин, а то уйду, – Взмылин уселся обратно в кресло, одновременно пододвинув его к столу.

– За мной не заржавеет, рассказывай Иосиф с чем пожаловал, ты просто так, на огонек, за десять лет не удосужился ни разу заглянуть, – наполнив бокалы коньяком, Саня припечатал здоровенный ломоть сала к тонкому, нарезанному по-ресторанному, кусочку хлеба и подал профессору, – угощайся, лучшего сочетания продуктов ты еще не пробовал.

– Как знать, студентом Саня и не такие чудеса кулинарии вытворяли. Сижу вот и думаю, с чего начать разговор. Давай выпьем, а то грустно становится, – Взмылин моментально опрокинул коньяк в рот, – большое желание сегодня нажраться в хлам, повтори еще пожалуйста.

– Не спеши, что стряслось-то, не заболел часом? – Саня наполнил бокал профессора до краев, – тост даже не выслушал.

– Твой любимый? – Взмылин снова одним глотком вылил в себя коньяк, – третью стопку поднимем молча, за погибших ребят, а потом можно и за Победу!

– Ну, будем.

Схожу курочку проведаю, а то пахнет уже, как бы не пригорела, – недоуменно поглядывая на профессора, Саня удивлялся скорости поглощения им алкоголя.

– Хорошо, и чайничек поставь заодно, – Взмылил отделил сало от хлеба, свернул его в трубочку и решительно принялся работать челюстями.

Странный он какой-то, приехал почти без предупреждения, набросился на коньяк, не закусывает толком, о деле молчит.

Неспроста профессор заявился, не зря пригнал, наверное, убалтывать будет на очередную авантюру. Курица, выложенная на противень, призывно сложила зажаренные крылышки на шкворчащей спинке, поджав под себя полные загорелые ножки. Саня оформил большую тарелку вареным картофелем, из холодильника извлек фигуристую баночку хреновины. Пусть отведает столичный гость моего горлодера, может тогда и повеселеет.