Вторник, №11 (30), август 2021

Драка была обычная, без интересу: жена мужа лупит, тот уворачивается.

На крик выскочили две снохи: «Чаво за шум, кто побеждает нынче?»

Жена говорит: «Посмотрите, сёстрыньки, каков курощуп! С русалкой перемаргивается. Вздумал от жены сгульнуть!»

Снохи приникли к колодцу – глядь, а оттуда две бабоньки толстомордые над ними насмешничают. Снохи сразу смекнули: надо мужика спасать, раз он такой ценный, ажно с двумя бабами управляется за раз. Оттащили они жену от полудохлого мужа и уговорили её в избу. А мужа водой отлили и тож увели, хоть и михрютка с виду, а спытать надо.

А вдруг?

А когда все разошлись, я вышел из-за овина, удочку подобрал да и сел у колодца. Скоро-скорехонько месяц серебряный клюнул на крючок. Потому что надо прикорм знать. Мой дед говаривал, что месяцы надоть на ржаной сухарик ловить или колбасу. Ну что там от ночного жора остаётся. Обвернул я улов платочком, положил в карман, чтобы он мне дырку в кафтане не прожёг. А наутро свататься пошёл к милушке. Небось, думаю, подарок мой понравится.

Смотрю, зарделась милушка, почти согласная замуж идти. Развернул я платок, а там рыбий хвост. Ах ты, думаю, это я ж впотьмах русалку уловил вместо месяца. А ей, надоело в кармане валандаться всю ночь. Может, ей там не климат. Она хвост откинула и ноженьками белыми ушла, когда я спал.

Разобиделась моя милушка, хвать коромысло. За таку ошибку бьют шибко.

Э, нет, думаю, пока я неженатый, нечего меня коромыслом за русалок охаживать.

Увернулся я и домой.

Теперь каждый вечер с соседом украдкой к колодцу ходим, вдруг чо поймается.

Только месяца в нём отчего-то не видно, да и русалок распугали бабы проклятые. Одна луна щербатая на дне колодца сияет. Чем её ловить – мой дед не сказывал. Да и боязно: за неё не коромыслом можно схлопотать, а чем потяжелее.

Евражкина неправда

Ведьма Уын-Чу сидит на высокой горе, суровая, насупленная. Надета на ней тёплая оленья кухлянка, на ногах – удобные торбаса. А голова непокрыта, чёрные косы треплет ветер.

Уын-Чу вращает костяное веретено, тонкие губы поджала. Хочется ведьме связать себе тёплую шапку, тянет она из пухового облака ниточку, прядет невесомую пряжу. Пряжа лёгкая, воздушная, мало прибавляется. Одно облако кончилось, Уын-чу за другим потянулась.

Спряла за неделю ведьма все облака, а клубочек получился размером с небольшое яблоко. Покрутила его ведьма в руках и вздохнула, потянулась: «Ох, устала я, утомилась. Не спала неделю, пора и вздремнуть».