Вторник, №11 (30), август 2021

Но больших ворон в Пинежье отродясь не было. А вот с того и следовает, что все поморы от царя небесного свой род ведут.

Племя Ворона Кутхху подчинило себе оленей, прогнало подальше от стойбищ волков, распугало нерп и китов. Стало жить, по тундре кочевать. Места озябные, да богатые рыбой, птицей и ягодой.

Поморы тоже земельку не пахали. Настроили кочей и стали по морю ходить, вишь ли земли им мало! Вот один помор неугомонный, Каллистрат Кондратьев, двинулся от родной избы да забытой борозды к самому горизонту.

А был он из тех, кто без тулупа не замёрзнет, без собачьей упряжки по снежному насту доедет, без нарт заночует, без верного сокола не заблудится.

Тем временем Ворон Кутхху заметил, что дети его подросли, засобирался в небесную ярангу. Узнало племя, что Ворон их бросает, как камень-голыш в ручей, собралось в кружок и давай его уговаривать: «Как мы без тебя? Кто нас будет уму-разуму учить?»

Дал одному Ворон Кутхху рукавицу и сказал: «Ты будешь шить одежду и обувь на всё племя».

Другому дал кремень: «Разжигай огонь и следи, чтобы он не погас». Третьему сунул пучок водорослей: «Плыви в море, нерпу добывай, гагарок стреляй, рыбку лови». Четвёртому дал кусок деревяшки: «Нарты построй, собак приручи, новые земли открывай». Сказал так Ворон Кутхху и прочь улетел.

А один бездельник без подарка остался. Подобрал брошенный Кутхху бубен, надел его расшитую кухлянку и сказал: «Теперь я Ворон, зовите меня Рыхту». Стало племя смеяться, а он ударил в бубен, всех птиц и зверей распугал.

Ни одного ворона не стало.

«Эх, да пусть Вороном зовётся. Других-то нет нынче», – ответило племя.

Сел Рыхту на землю, круг очертил и сказал: «Мне, шаману, много земли не надо. А надо шестов да шкур побольше».

«Сидя на земле яранги не построить», – сказало племя.

Ударил шаман в бубен и пошёл летом снег. Густой, холодный. Падал тридцать дней и тридцать ночей. Накрыл всю землю: ягеля и ягод не стало. Подумало племя: «Дадим мы ему и костей китовых, и шкур нерпы, не жалко».

Построили тёплую ярангу для Рыхту. Он в бубен ударил, и пришла весна в середине зимнего лета.

Стали с тех пор люди племени Рыхту побаиваться. Он на охоту не ходит, а лучший кусок мяса – ему! Оленей на стойбище не охраняет, а молоко важенки пьёт! Рыбу не ловит, а у яранги всегда кучка свежих косточек, это Рыхту лакомился.

Но Рыхту мало почёта, сидит он и злобится, отчего его боятся, но не любят.