Встречная полоса

Роман устроился в соседней комнате и признаков жизни не подавал. После суток сон был, как всегда, тяжелым, вязким, приносил не отдых – забытье. Голова после него трещала не хуже, чем после спарринга, поэтому в кухню Стас выполз злой. И голодный, а шел на запах сварившихся пельменей. Странно, он эту гадость давно не покупал.

– Я в магазин сходил, – доложил Роман и снова улыбнулся по-дурацки, скривился и коснулся кончиком пальца «фонаря» на скуле.

– Нормально, – буркнул Стас и уселся за стол. Не по-людски как-то получается, кое-чего не хватает.

Известно, чего, ну, за этим бежать не придется, надо в закромах посмотреть.

– Давай, за знакомство, – Роман двумя пальцами поднял стопку, взболтнул содержимое и выпил залпом. Выдохнул и аккуратно поставил пустую емкость на стол.

– Давай, – Стас опустошил свою, и принялся за еду. Прислушался е себе – все по-старому, ничего не изменилось. Даже теплее от водки не стало, можно пить, пока не свалится. В последнее время ему попадался странный алкоголь – нет блаженной расслабухи, чувства отрыва, накатывает беспамятство после передоза, и все, сразу сознание теряешь.

Повторялось это за последние месяцы не раз и не два, поэтому после третьей бутылку Стас убрал, молча жевал и слушал Романа. Тот выглядел уже лучше – порозовел, идиотская улыбка исчезла, только взгляд остался прежним – отрешенным, пару раз Стас ловил его на том, что собеседник смотрит точно сквозь стену.

– Понятно, – подвел он итог, – все нормально у тебя будет, не переживай.

Работу найдешь, денег заработаешь, к жене вернешься. Жену как звать?

– Лариса, – ответил Роман, глядя на пожелтевшие от старости обои.

– Вот и отлично… – договорить Стас не успел.

– А ты женат? Дети? У меня дочка, ей одиннадцать лет… – лучше бы он помалкивал. Стас отвернулся к мойке, включил воду.

– Нет у меня никого, – буркнул он через плечо. «И уже не будет» – он остервенело драил вилки и тарелки, посматривал через плечо в окно. Темно, жутко, по стеклу хлещут струи дождя.

От разговора остался неприятный осадок, шевелился внутри холодным колючим комком. Стас налил себе еще водки, выпил, не закусывая, выключил воду и ушел в комнату.

Роман разглядывал портрет Огаркова с пятном во лбу. Услышал за спиной шаги, и спросил:

– А кто это? Родственник твой? Лицо, вроде, знакомое.

– Ага, родственник, – Стас плюхнулся на диван, – это так, не обращай внимания. Сволочь одна, ты его не знаешь.