Анни

А ваша семья? Родителей нет, вы говорили, но вы не из простого сословья, вы же учитесь? И где, позвольте узнать……

– В университете… – это большая достопримечательность нашего города, вы увидите сами.

– И на каком факультете?

– Медицинском

У него взметнулись брови вверх. – И на каком курсе?

– На пятом.-

– А почему вы избрали медицинский?

– Ну, для этого много причин. Я люблю лечить лошадей, животных. Я хочу знать про болезни все, что – бы их стало меньше. Моя мама умерла при родах. Я хочу знать почему это случается и что можно сделать, чтобы с женщинами этого больше не происходило.

….И….– она пожала плечами в раздумьях – это смысл…, в этом большой смысл…..я больше не вижу в мире смысла в другом, я знаю, что хочу это уже очень давно…..

– ее перебили голоса, приближающиеся к ним из других комнат. Приехал доктор.

Профессор Энгельбекер, он иногда читал лекции у них в университете, Анни его часто встречала, но близко не была знакома. Приятный, интеллигентный человек, с маленькой, седой бородкой, в пенсне.

Пенсне так стали быстро входить в моду среди знати и интеллигенции, но чаще это были одни и те же люди.

Может быть профессора что то и озадачило, скажем так, наряд девушки, но лишних вопросов он никогда не задавал. Он стал так аккуратно ощупывать плечо и руку Анни, но она ожидала, что из вежливости Артур хотя бы отойдет в глубь зала, что бы не смущать. И этого не произошло. Он все прекрасно понимал, но быть уважительным ему сейчас не хотелось. Он просто отвел взгляд к камину.

На лице у него отразилась легкая озадаченность. Он все-таки, до конца не понял, как юная особа, со столь серьезными увлечениями в жизни и глубоко интеллигентными занятиями пустилась на дороге с пистолетом в руке во все тяжкие?!

Да, у Анни требовалось вправить плечо. Профессор сделал это так быстро и четко. Непроизвольный крик, резкая, жгучая боль и Анни упала безжизненно в кресло, интуитивно сложив руки как умирающая. Присев возле нее на корточки, Артур заботливо потрепал ее по щекам. Из глубокой темноты, сознание моментально возвращалось в свет.

Открыв глаза, Анни только сейчас рассмотрела у него на лице темное, большое пятно, расползающееся от скулы к виску. Профессор высказал беспокойство, но Артур отмахнулся. Протянул Анни вновь бутылку вина.

– Эхе-хе, доктор, – устало произнес он – я так и не научился вправлять вывихи.– Профессор суетливо собирался домой. Его вытянули практически из домашних туфель и оторвали от вечернего ужина. Время было позднее.