Анни

Проваливаясь в водоворот закручивающейся воронки, и отупев от спиртного, испытывалась только очумелая радость и желание излить душу. Может она и изливалась, Анни тоже не помнит. Она не знает, что посреди ночи Игн волок ее, размахивающую руками по улице, отняв в одной из комнат у похотливого юнца, решившего воспользоваться ситуацией и всю дорогу ругал – Не умеешь пить, не берись, белая ворона! – и смутно только догадывался, что означали обрывки ее фраз – Не нужно мне это. Он женат! Все ровно пустота! Пустое! Я справлюсь! Вот еще телячьи нежности – для идиотов! А в мире столько проблем!

Не понятно каким-образом, Игн был трезв.

И это спасло девушку. Трезвому так смешно слушать пьяные откровения. – Да, да. Проблемная ты моя. Мир же без тебя рухнет, пить надо научиться!

Доставив Анни домой к тетушке, ее сразу уложили спать. И в эту ночь, по крайней мере, она, действительно спала.

На заводе князя Войцеховского произошел непредвиденный инцидент. Три месяца рабочим не выплачивалась зарплата.

И самое смешное то, что причиной для этого послужила обыкновенная невнимательность. Все эти месяцы все внимание было сконцентрировано на сборке станков, покупке материалов, оснащении производства сырьем. Инженера работали над модернизацией оборудования, получением патента на изобретение. Потом, идея вводилась в производство. Князь практически поселился на заводе. Бухгалтерией никто не занимался. Вновь принятые на работу работники терпели из благодарности, что их приняли на работу несколько месяцев. Но… терпение иссякает. Начался ропот.

Утром, за завтраком, князь просматривал газеты и с удивлением обнаружил, что с социал- демократическая партия, обратилась в парламент с жалобой на задержку зарплаты на металлургическом заводе баронессы Элизабет фон Гайзерштард. Князь перечитал эту статью еще раз, потом перевернул и прочел название газеты, ибо никогда не обращал внимание, какие газеты читает. Вошла баронесса и он как-то странно посмотрел на нее.

– Что случилось, дорогой? – почувствовала она неладное. За ней следом в столовую вбежало сразу две собачонки. Подойдя сзади к мужу, она всем телом прильнула к его спине и опустила руки на его грудь. Проникла ладошкой в расстегнутый глубокий вырез и стала ласково гладить обнаженное тело. Его мысли были далеко. Оторвав ее руку, из вежливости, он поцеловал ее прямо в ладонь и встал. Забрал газету-

– Все хорошо. Мне нужно спешить. – и вышел.