Крещатик № 91 (2021)

Он валится с ног, как мешок с удобрениями, и хрипит, задыхаясь, в тумане ядовитой пыли. Но девушка, освободившись, бежит, бежит… Вот ровные ряды между лозами сменяются соревновательными полосами.

Вот она стоит на пьедестале, получив бронзовую медаль на городских соревнованиях по лёгкой атлетике, затем ещё несколько наград. Потом слёзы, когда выясняется, что все её награды украдены зулусами при переезде в Париж. Потом другие слезы, когда ей сообщили, что отец, потеряв управление вертолётом из-за технических неполадок, потерпел крушение и упал в виноградник.

Она и сейчас ясно видит перед собой разбросанные по виноградникам части вертолета: заржавевший мотор, зарытое в землю одно крыло пропеллера, виноградные корни, омытые кровью отца. Каждую ночь, во сне принесенные в ладони отцом гроздья черного винограда, не радующие дочку, создавали лейтмотив этой грустной музыки. Словно, эта музыка выражала внутренний монолог девочки, которая была убеждена, и о ядовитости винограда.

Она осталась одна, совсем одна, и потому не смогла получить нормального образования. Она работает уборщицей, на судьбу не жалуется. Но раз в году, в день смерти отца на нее находит, словно волна.

Едва забрезжил рассвет, удивлённый дворецкий получил распоряжение перенести девушку в её комнату и накормить, когда она проснётся. Месье Дидьен ещё не сомкнул глаз, но выглядел бодрым и свежим и вместо спальни направился в кабинет. Там он совершил несколько звонков, договорившись об аренде чистенькой и уютной квартирки недалеко от центра, о сумме спонсорского взноса, позволявшего без экзаменов быть зачисленной в один из лучших университетов, и дал распоряжение своему управляющему внести средства для оплаты первого года обучения там за новую студентку.

Потом он заказал машину и куда-то уехал.

Проснувшись в привычной обстановке, в комнате для слуг, девушка долго пыталась понять, приснился ли ей странный сон или с ней произошло нечто необъяснимое. Но солнце было уже довольно высоко, поэтому, спешно одевшись, она поспешила вниз.

В кухне убирали посуду после обеда слуг. Хозяин ещё не вернулся, но куда и зачем он уехал, ни кухарка, ни дворецкий сказать не могли. Девушку усадили за стол. Не успела она дохлебать тёплый суп с ароматным букетом трав, составлявшим предмет гордости поварихи и её профессиональную тайну, девушка услышала странный шум в гостиной. Дворецкий поторопился туда. Доедать уборщица не стала.