Крещатик № 91 (2021)

За столом в центре полок с книгами, стоящими до потолка, сидел седоватый старичок, который представился Игнатием. Под его столом сидели полосатый серый кот с зеленым ошейником и белая грязная собачонка без ошейника. Игнатий расположился у плазменного телевизора и переключал каналы.

Я осмотрел полки и охнул.

– Можно потрогать?

– Трогайте, трогайте, – Игнатий радостно вскочил и подбежал ко мне.

– Что читаете?

– Да все понемногу, поэзия, философия, история, проза.

– Ооооо, – протянул Игнатий.

– Чего, оооооо?

– Читатель, как же вас мало осталось!

– С чего бы.

– Да сейчас все планшеты и планшеты, игрушки, а у нас книги-с.

Игнатий достал с полки «Переулок…» Пятигорского и протянул мне.

– Понимаете, – улыбнувшись спросил он.

– Да редкая книга.

– А то!

– С зарплаты, с зарплаты, – мне было неудобно, но честно зарплата только завтра.

Я вышел из книжного. Игнатий разочарованно смотрел мне во след.

Адам и Лида

– Слушай, Адам, тебе что 15 лет!

Молодая красивая девушка в белом полупрозрачном плаще за что-то выговаривала Адаму.

Она красива той странной южной красотой, когда девушке идут самые неожиданные для северных городов наряды: кожаные штаны в обтяжку, огромные накладные ресницы и неимоверные розовые ногти. Все эти аксессуары так контрастируют с ее бледной кожей.

Мне очень интересно, что такое совершил Адам, что может сделать только пятнадцатилетний.

Я сижу в кафе Адама и подслушиваю их разговор. Я даже оторвался от Льва Шестова «Достоевский и Ницше», хотя с усилием делаю вид, что мне их разговор неинтересен.

Когда мне было 15 лет, я на все знал ответ, ни в чем не сомневался и понимал, что такое хорошо и что такое плохо. Я мог часами раздавать оплеухи литературным классикам и удивлялся их бездарности. Я мог подтянуться 21 раз и выбегал сотку из 12 секунд.

Прислушался. Оказывается, Адам снял с моста свадебный замок и зачем-то подарил его Лиде (вот этой самой девушке). Девушка возмущается и не может понять, зачем он это сделал.

Ведь он разбил чью-то семью. Адам горестно сопит. Потом берет ладошку Лиды и аккуратно ее целует. Лида на мгновение замирает и добреет. Адам обещает вернуть замок на место.

Приезжая

– Грязно тут у вас и мелко и жарко, – сказала мне женщина в солнцезащитных очках и присела на лавочку.

Вид у нее был московский. Московский вид легко отличить. Человек легко одет и у него нет рюкзака, куда можно положить одежду, если вдруг неожиданно потеплеет или похолодает.