Путешествие в страну И…

То ли из ОБЭПа, то ли из УБОПа, то ли из ОМОНа, то ли из еще-не-знаю-чего. Пронюхал откуда-то о нашем благодатном крае, приехал “с проверкой”. Приехал – да так и остался здесь навсегда, теперь и не узнать, как изменился. А какую женушку мы ему справили!

Он обернулся к Оксане:

– Как тебе живется, золотая моя?

Она отвечала как солдат на плацу:

– Очень хорошо, спасибо нашему Вахтангу Константиновичу!

– Вот видите, какая она умница! А как укрепляет нравственность нашего Алексея Юрьевича! – он сверкнул стеклышками, – и не только его.

Разве может такое… богатство служить одному человеку? Нет, оно должно служить народу!

Возникла пауза. Петр Лаврентьевич смотрел на меня.

А я… вспомнил, моя радость и грусть, тебя… Улыбнувшись, я заметил, что и мои собеседники тоже улыбались. Не произнес ли я чего вслух? Инспектор по кадрам поднялся, пожал мне руку:

– Отдыхайте, дорогой наш гость. Поспите подольше, завтра будем вас знакомить с хозяйством и с простым тружеником-народом.

И, мельком глянув на Оксану, вышел.

Она заметно повеселела и взяла инициативу в свои руки:

– Знаете, мы живем скромно, не часто гости к нам жалуют, да и Петр Лаврентьевич не часто балует такими подарками, – кивнула на стол, на котором, действительно были хорошие продукты.

Она, действительно, развеселилась, как и обещала днем. Щеки ее налились румянцем, глаза загорелись, она с удовольствием поглощала все что находилось на столе.

– А хотите я вам спою? – весело спрашивала она и пела.

Я приятно отметил, что все песни ее были, как и та, народные, проникновенные, с любовью к своей родине и гордостью за нее. Не то что наши современные выкидыши псевдокультуры: ”…попробуй муа муа, попробуй джага джага. Попробуй о! о! Мне это надо, надо”».

– А хотите – я вам станцую? – и стала – ах, как бесподобно! – танцевать.

Не дерганьем конечностей, обозначающим призыв созревшей самки к совокуплению, был замечателен ее танец. А – вначале медленными и плавными, идущими из глубины ее женской натуры, движениями роскошного тела, затем все ускоряющимися, как в цыганском танце, страстными порывами.

И – как пик страсти влюбленных – взлет и падение, без остатка сил. Я был ей восхищен.

– Да вы, Оксана, настоящая актриса! Вам на сцене выступать.

– Я и выступаю – в нашем Доме культуры.

– А в город не пробовали, в театр пойти?

Она как-то грустно улыбнулась:

– Зачем же, мне и здесь очень хорошо.

Прозвучало не очень искренне.