«Точка зрения Корнилова»

Я туда уже три года хожу: тренер у нас ну просто отпадный дядька, настоящий профи – как что-нибудь объяснит, покажет, так и не поймешь в здравом ли он уме. Ну, что скажешь?

– Бокс – это наслаждение для избранных.

– …?

– Но вообще-то свободного времени у меня навалом.

– Все, Корнилов, заметано! Тренировка у нас как раз завтра – не сомневайся, ты мужик крепкий, тебя на ней до смерти не забьют. Придешь?

Встав у защищающего крепость и широкого глубинами рва, можно попробовать преодолеть его с помощью верности дорожного посоха, или перекинуть на манер моста – сам мост поднят и, несмотря на призрачность исходящей от тебя угрозы, ни за что не опустится – или разбежаться и рискнуть использовать его в качестве фиберглассового шеста.

Но и тут, и там ты только решительно подавишь произрастающие на дне колючки. Захлебываясь в грязевом потоке собственных матерных слов. Выгодно отличаясь лишь от детоубийц.

– Придешь? – настаивая на получении ответа, спросил Воляев.

– Как Господь к своему обелиску: с дорогим венком и весь в бинтах.

– Не вздумай, Корнилов, меня разубеждать – я это понял в том смысле, что ты согласен. А сейчас пойдем к цыпам. Они нас, наверно, уже заждались.

Нет, Воляев – это исключается и без вовлечения цепных псов нарочито клыкастого обсуждения.

– К цыпам я не пойду, – сказал Корнилов, – если завтра бокс, я лучше домой и хорошенько отосплюсь.

В маленьких зрачках Николая Воляева патетично полыхнули рифленые изумруды одобрения.

– Правильно, – сказал Николай. – Режим, брат Корнилов, в спорте главное – если плохо выспишься, то уже ничего не поделать: в больнице досыпать будешь.

Ну, тогда до завтра?

– До завтра. С цыпами поосторожней.

– А что? – нахмурился Воляев.

– Тщетные они какие-то.

Николай Воляев беззаботно рассмеялся:

– Брось Корнилов – нормальные цыпы. А Тамара, ну просто, цветочек… Ну все, давай. – Пожимая Корнилову руку, он сделал это с нездоровым энтузиазмом. – Не забудь, ровно в шесть.